Расправим крылья - и в полет!

[Aramis]

Андрей Белый
На горах.
Горы в брачных венцах.
Я в восторге и молод...

Спасибо за Андрея Белого. На мой згляд он является недооценненым поэтом и теоретиком символизма. Извесстный кинорежисер Эйзенштейн многое подчерпнул у него о цветовых восприятиях в различных сферах искусства.

Так В. Ходасевич зафиксировал в мемуарах то ощущение первопроходца, которое переживал Андрей Белый: «Разговоры специально стихотворческие велись часто. Нас мучил вопрос: чем, кроме инструментовки, обусловлено разнозвучание одного и того же размера? Летом 1908 года, когда я жил под Москвой, он позвонил мне по телефону, крича со смехом:

— Если свободны, скорей приезжайте в город. Я сам приехал сегодня утром. Я сделал открытие! Ей-Богу, настоящее открытие, вроде Архимеда!

Я, конечно, поехал. Был душный вечер. Белый встретил меня загорелый и торжествующий, в русской рубашке с открытым воротом. На столе лежала гигантская кипа бумаги, разграфленной вертикальными столбиками. В столбиках были точки, причудливо связанные прямыми линиями. Белый хлопал по кипе тяжелой своей ладонью:

— Вот вам четырехстопный ямб. Весь тут, как на ладони. Стихи одного метра разнятся ритмом. Ритм с метром не совпадает и определяется пропуском метрических ударений. «Мой дядя самых честных правил» — четыре ударения, а «И кланялся непринужденно» — два. Ритмы разные, а метр все тот же: четырехстопный ямб.

Теперь все это стало азбукой. В тот день это было открытием, действительно простым и внезапным, как Архимедово. Закону несовпадения метра и ритма должно быть в поэтике присвоено имя Андрея Белого.

Конечно это был многогранный ищущий человек в в поэзии и философии.

https://voplit.ru/article/eto-popytka-skazat-o-zheste-ritma-vne-stihovedcheskoj-laboratorii-ob-odnoj-neopublikovannoj-state-andreya-belogo/

И в заключение один из его стихов, которые можно назвать пророческим:

Сердце вещее радостно чует
призрак близкой священной войны.
Пусть холодная вьюга бунтует —
Мы храним наши белые сны.
Нам не страшно зловещее око
великана из туч буревых.
Ах, восстанут из тьмы два пророка.
Дрогнет мир от речей огневых.
И на северных бедных равнинах
разлетится их клич боевой
о грядущих, священных годинах,
о последней борьбе мировой,
Сердце вещее радостно чует
признак близкой, священной войны.
Пусть февральская вьюга бунтует —
мы храним наши белые сны.

Андрей Белый, «С. М. Соловьёву», февраль 1901)

 

[Aramis]

Большой Вальс

Адели Штраус нравился дом, в котором она теперь жила. Ей было все в нем интересно, так как это касалось ее любимого человека...Она находила в нем едва заметные следы другой женщины, которая была до нее:

Твой дом, не ведая беды,
меня встречал и в щеку чмокал.
Как будто рыба из воды,
сервиз выглядывал из стекол.

И пес выскакивал ко мне,
как галка маленький, орущий,
и в беззащитном всеоружьи
торчали кактусы в окне.

От неурядиц всей земли
я шла озябшим делегатом,
и дом смотрел в глаза мои
и добрым был и деликатным.

На голову мою стыда
он не навлек, себя не выдал.
Дом клялся мне, что никогда
он этой женщины не видел.

Он говорил: - Я пуст, Я пуст.-
Я говорила: - Где-то, где-то...-
Он говорил: - И пусть. И пусть.
Входи и позабудь про это.

О, как боялась я сперва
платка или иной приметы,
но дом твердил свои слова,
перетасовывал предметы.

Он заметал ее следы.
О, как он притворился ловко,
что здесь не падало слезы,
не облокачивалось локтя.

Как будто тщательный прибой
смыл все: и туфель отпечатки,
и тот пустующий прибор,
и пуговицу от перчатки.

Все сговорились: пес забыл,
с кем он играл, и гвоздик малый
не ведал, кто его забил,
и мне давал ответ туманный.

Так были зеркала пусты,
как будто выпал снег и стаял.
Припомнить не могли цветы,
кто их в стакан граненый ставил...

О дом чужой! О милый дом!
Прощай! Прошу тебя о малом:
не будь так добр. Не будь так добр.
Не утешай меня обманом.

(Белла Ахмадулина)

Теперь все уже в прошлом. Пройдя через испытания, они теперь, наконец, муж и жена. Адель поражала его работоспособность и самоотверженность ради искусства. Она видела через полуоткрытую дверь как он склонился над бумагами и физически ощущала творческую муку мужа.
Иоганн прикрыл глаза и откинулся на стуле. Этот вальс неоходимо было создать в кратчайшие сроки потому, что по традиции каждое приглашение с концертом требовало нового произведения.

Столько труда и все не то. Ведь Большой Вальс состоит из нескольких маленьких вальсов. Он словно дом, в котором несколько комнат. И проходя эти комнаты с разными интерьерами, необходимо восоздать гармонию между ними, чтобы ощущалась атмосфера легкости, веселья и счастья.
Иоганн почувствовал, как подошла и склонилась над ним Адель, ощутил запах ее волос и легкий поцелуй в висок. Ее рука легла на его плечо...и он вдруг увидел как закружились нотные знаки и понял Вальс теперь будет жить и жить долго, долго...дольше, чем живет человек.
И множество пар во многих странах будут исполнять Большой Вальс Иоганна Штрауса младшего, а люстры в залах искриться от радости под звуки волшебной музыки....

 

[Лили]

@Aramis, особое спасибо за Беллу А. Ее стихи - всегда ожог! И потрясение!
И недоумение: как? вот как ей это удается???
Вот что нужно читать тем, что считает, что нет хорошей и плохой поэзии. Что это всего лишь вопрос вкуса и предпочтений. Причем на полном серьезе. Впрочем, они в ее стихах ничего особенного и не увидят скорее всего.

“В 60-е годы я ходил на поэтические концерты Ахмадулиной, как в сказку. Как русский сказочный герой, нырял из одного котла в другой, вываривался в ее стихах и выходил такой красивый, полный жизнью, верящий в будущее. Ее поэзия производила на меня очистительное действие."

Виктор Ерофеев, писатель и друг поэтессы

 

[Лили]

Читаю о Юрии Никулине и захотелось поделиться с вами:

Московская квартира в Токмаковом переулке, где жили четыре семьи ( том числе семья Никулиных), в общей сложности одиннадцать человек, не стала типичной коммуналкой в стиле Зощенко. Двери в комнатах никогда не запирались — на них и замков-то не было. На кухне, где с утра до вечера что-то варилось, жарилось, парилось и кипятилось на примусах, никто никогда не скандалил. Наоборот, коммунальная кухня была своеобразным женским клубом, где шли задушевные беседы, обсуждались прочитанные книги или недавно вышедший на экраны кинофильм.

Женщины дома в Токмаковом были очень дружны и часто собирались не только на кухне, но и в гостиной. Там находилось радио, по которому транслировались оперы из Большого театра. Радио тогда любили все! И вот — трансляция, женская половина дома рассаживается в гостиной кто с вышиванием в руках, кто с другим рукоделием и слушает Антонину Нежданову, Валерию Барсову, Сергея Лемешева… А дети любили проводить вечера в холмогоровской столовой. Таня, Нина и Юра садились за большой круглый стол и принимались рисовать, шить платья для кукол, клеить солдатиков, составлять гербарий и всё такое прочее. А баба Юля Холмогорова, попыхивая папироской, читала им вслух Майн Рида, Жюля Верна или еще что-нибудь очень и очень захватывающее.

В общем, в доме номер 15 по Токмакову переулку царил лад, который день за днем невидимыми нитями ложился на душу маленького мальчика, взращивая в нем то неуловимое, необъяснимое, невидимое, что постепенно превращает человека — в Человека.

 

[Диего]

Красота художественного слова в сочетании с художественным образом

Мне неожиданно для меня стали нравиться квадратные женщины Пикассо.
Вот такой курьёз.
А то всё Ренуар, Моне, дама с веером.
А тут, вдруг, дама с абсентом. ::D:

 

[Aramis]

12 мая 2015 г. на аукционе Christie’s в Нью-Йорке за неё заплатили более $ 179 миллионов.

 

[Гордон Шамуэй]

Женщины дома в Токмаковом были очень дружны и часто собирались не только на кухне, но и в гостиной. Там находилось радио, по которому транслировались оперы из Большого театра. Радио тогда любили все!

Вы себе представляете, что такое гостиная в коммуналке?
Я бы тоже не поверил, если бы не пожил в таком доме.
Это прихожая.
То место, где висел телефон, тарелка радиоприёмника, велосипеды, лыжи, детские коляски и корыта. И там всегда кто-то был. Не проскочить незамеченным ни с любовницей, ни с собутыльником. Там кушетка для подвыпившего гостя или иногороднего родственника. Блин, там составляли столы на Новый год или на чью-то свадьбу, и всем хватало места.

Сейчас такое помещение называется квартирой-студией.
Поэтому, каждый раз, когда читаю/слушаю/ книги Никулина, Дурова и их ровесников, не могу не зависнуть мыслями в этих стенах.

Стенах, с десятком слоёв обоев, под которыми газеты предвоенных лет.
Но замки на дверях комнат были. По 2-3 штуки на каждой. Правда закрашенные и нерабочие, но всегда имелась хитрость, чтобы кто-то случайно не вломился среди ночи в комнату со спящими детьми.

 

[КарЛеонова]

Фото художник Елена Визерская




Перестаю:
Забыв о всем и всех,
Несусь навстречу завтра, послезавтра,
Навстречу новой жизни, в новый век
Исполнена решимости, азарта:

А жизнь не ждет: Перестаю искать
Все то, что вечно, радуюсь минутным
Порывам счастья, взглядам,
слишком мутным
Чтоб их запомнить, или же понять.
Перестаю: От жизни чуда ждать.
Marysolka

 

[Лили]

Мне неожиданно для меня стали нравиться квадратные женщины Пикассо.
Вот такой курьёз.
А то всё Ренуар, Моне, дама с веером.
А тут, вдруг, дама с абсентом.

Привет, @Диего! Рада видеть!
Значит, квадратные женщины на сегодня? Ну что ж, видимо, не только художники переживают разные периоды творчества. Почему бы и нам не менять предпочтения время от времени? Будем считать, что ты переживаешь сейчас период кубизма. ))

Вы себе представляете, что такое гостиная в коммуналке?

Мне довелось провести детство и юность в одесской коммуналке. Только у нас там - никаких гостинных и никаких оперных арий. Еще чего! У нас как раз была типичная зощенковская. А вот велосипеды, корыта и коляски - этого добра у нас было с избытком: клуб-гостинную развернуть уже было негде. )) Ах, какой колоритный период жизни! Есть что вспомнить!

Посмотреть ещё

Сижу в одиночестве. Нет ни волненья, ни страха
Уж крылья расправил и мощно взревел самолет
Я знаю, голубчик, доставишь меня ты в Чикаго
А может быть ну его! Он от меня не уйдет!

Когда-нибудь я обойду его весь с интересом
И будет дышаться там просто на диво легко
Теперь же неси меня в милую сердцу Одессу
В тот маленький дворик, где раннее детство прошло

Где вечные семечки были в глубоком кармане
Одёжка обычно носилась с чужого плеча
Где вобла сушилась с бюстгальтерами тети Мани
И в центре двора вызревала для всех алыча

На лавочках у георгинов никто не был лишним
Играл Рио-Риту без устали наш патефон
И там выносились во двор и вареники с вишней
И плов дяди Шамы, и Сонин прозрачный бульон

И пиво пилось, и таранька об стол отбивалась
И в споре о вечном к ночи достигался накал
И страстные вздохи из форточки вдруг раздавались
И скрипочку папину будущий Ойстрах терзал.

О личном пространстве в Одессе вобще не слыхалось
Там жили кагалом, привычной была теснота
Гуляли мы целым двором, если радость случалась
И вместе держались, когда приходила беда

И в памяти горькой мелькают с отменною прытью
Дома и квартиры, чужие навек города
Одесский мой дворик, тебя никогда не забыть мне!
И ты, ну пожалуйста, вспомни меня иногда!

 

[Лили]

А жизнь не ждет: Перестаю искать
Все то, что вечно, радуюсь минутным
Порывам счастья

Трудно любить, собирая усталость
В складках души белоснежной.
Много ль отпущено?.. Сколько осталось
Дней в пересчете на нежность?..

Жадно и глупо беснуется тело
В плотских желаньях нехитрых…
Вытерла губы. Закат досмотрела.
Ночь.
Полнолуние.
Титры.

Марина Далимаева (Эм)




Живопись - Rafal Olbinski

 

[Диего]

Привет, @Диего! Рада видеть!

Привет, Лили, взаимно !
Вижу знакомые аватарки.
У меня была такая:

Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймешь, наверное, -
Свистят они, как пули у виска,
Мгновения, мгновения, мгновения.

Мгновения спрессованы в года,
Мгновения спрессованы в столетия,
И я не понимаю иногда,
Где первое мгновенье, где последнее.

У каждого мгновенья свой резон,
Свои колокола, своя отметина.
Мгновенья раздают - кому позор,
Кому бесславье, а кому бессмертие.

Из крохотных мгновений соткан дождь -
Течет с небес вода обыкновенная.
И ты порой почти полжизни ждешь,
Когда оно придет, твое мгновение.

 

[Aramis]

Знакомство.

Столик в ресторане был уже зарезервирован на завтра. А сегодня вечером, наконец, они встретятся. В Париже она должна будет участвовать в конференции "Социальная адаптация мигрантов", а также было запланировано посещение шахматного турнира, в котором он должен был играть.
Арамис снова взял в руки мобильный телефон и задумчиво посмотрел на ее фото. Он вновь вспомнил их первое знакомство...

Вечеринка у владельца известных журналов Glamour France и l'Humanitе Анри Рошфора была в полном разгаре, когда Арамис увидел молодую женщину в красном платье. Она оживлено беседовала со своим дородным спутником, с которым, судя повсему, была хорошо знакома, и который оказывал ей всяческие знаки внимания, переодически бросая на спутницу пылкие взгляды. Арамис никак не мог отвести взгляд от ее лица. Она непроизвольно перехватила его взгляд и улыбнулась. "Наверно я выгляжу глупо." - подумал он. Кто-то тронул Арамиса за локоть. Рядом с ним стоял Анри Рошфор - "Нравится... Эффектная женщина! Пойдем, я представлю тебя"... Повсюду сновали официанты с подносами, на которых были бокалы с шампанским и соком. Играла музыка, кто-то танцевал, вокруг Рошфора собралась группа людей, которые громко смеялись. Теперь он знал, что ее зовут Миа, и это имя словно музыка отозвалось в его душе. Ее спутник завязал оживленный диалог с Анри и известным актером, который с успехом сыграл в сериале "Граф Монте - Кристо". "Надо уходить" - подумал Арамис. Почему-то ему стало невыносимо осозновать, что она не одна и, наверняка, это ее муж или любовник. И он уже хотел направиться к выходу, когда ее пальцы коснулись его.

Все время, пока они говорили о новой морали,
Ее глаза изучали меня.
И когда я поднялся, чтоб уйти,
Ее пальцы сделались как шелк
Японской бумажной салфетки.

(Эзра Паунд)

Он уловил тонкий запах ее духов. И сердце его учащено забилось. "Это мой зануда-шеф. Он через пять минут способен утомить любого. Давайте убежим осюда." - шепнула она ему доверительно и вгляды их снова встретились.

Что может быть прекрасней ночной прогулки по Парижу вдвоем до рассвета. Когда прекрасное чувство проникает в человеческие сердца. Именно эти мгновения умирают в нашей душе последними.

Париж для того, чтоб ходить по нему,
глазеть на него, изумляться,
грозящему бездной концу своему
не верить, и жить не бояться...

Теперь я понимаю фантазии Дюма:
Когда так пахнет ночь французскими духами,
То муза из огня является сама
И дышит на тебя любовью и грехами....

(Зоя Ященко)


Они расстались у ее отеля. "Надеюсь, Вы завтра снова будете моим гидом?" - спросила Миа. Ему мучительно хотелось поцеловать ее. Но он побоялся нарушить это хрупкое состояние счастья и только кивнул головой.....и в этот момент пошел дождь.

В дождь Париж расцветает,
Точно серая роза...
Шелестит, опьяняет
Влажной лаской наркоза.

А по окнам, танцуя
Всё быстрее, быстрее,
И смеясь и ликуя,
Вьются серые феи...

Тянут тысячи пальцев
Нити серого шелка,
И касается пяльцев
Торопливо иголка.

На синеющем лаке
Разбегаются блики...
В проносящемся мраке
Замутились их лики...

Сколько глазок несхожих!
И несутся в смятенье,
И целуют прохожих,
И ласкают растенья...

И на груды сокровищ,
Разлитых по камням.
Смотрят морды чудовищ
С высоты Notre-Dame.

(Максимилиан Волошин.)






.

 

[Aramis]

Леонид Латынин

Чем дальше, тем ближе,
Чем ближе, тем дале -
Те окна в Париже
Я вспомню едва ли.

В ладони горячей
Прохладны монеты,
Нечаянной сдачей
Упавшие в Лету.

Покатые плечи,
Конфорка без газа
И тихие речи,
Наверно, от сглаза.

И где-то далеко,
За линией света,
Туманное око
Нездешнего лета.

 

[Лили]

У меня была такая

Помню-помню, как же! Заходи к нам сюда почаще, у нас тепло и уютно!

Добавлено через 8 минут

Вечеринка у владельца известных журналов Glamour France и l'Humanitе Анри Рошфора была в полном разгаре, когда Арамис увидел молодую женщину в красном платье. Она оживлено беседовала со своим дородным спутником, с которым, судя повсему, была хорошо знакома, и который оказывал ей всяческие знаки внимания, переодически бросая на спутницу пылкие взгляды. Арамис никак не мог отвести взгляд от ее лица.

Эмерико Имре Тот


Платье — как всполох огня,
Плещется каждая складка.
Женщина, ты для меня -
Вечная в жизни Загадка.

Шляпа прикрыла глаза.
Не заглянуть... как досадно!
Бурная летом гроза,
Страсть, что захватит внезапно!

Сам не захочешь остыть.
Встретится мне — я не струшу!
Может и жизнь осветить
И навсегда обжечь душу.

В пламени вместе гореть,
Встретились мы не случайно.
В ней недосказанность есть
И непременно есть тайна.

@Лили

 

[Aramis]

Платье — как всполох огня,
Плещется каждая складка.
Женщина, ты для меня -
Вечная в жизни Загадка.
Шляпа прикрыла глаза.
Не заглянуть... как досадно!
Бурная летом гроза,
Страсть, что захватит внезапно!
Сам не захочешь остыть.
Встретится мне — я не струшу!
Может и жизнь осветить
И навсегда обжечь душу.
В пламени вместе гореть,
Встретились мы не случайно.
В ней недосказанность есть
И непременно есть тайна.
@Лили

Миа задерживалась на конференции, предупредив по телефону, что будет минут через двадцать. Арамис дал знак, чтобы официант готовил столик и подошел к владельцу ресторана, который вышел ему на встречу. Между ними завязался дружеский разговор.

Зал постепенно наполнялся шумом посетителей. Арамис снова подошел к своему столику и вдруг почувствовал, что - то произошло. Стало значительно тише и потом словно легкий вдох прошелестел над залом. Он обернулся. Миа, в облегающем зеленом платье, которое в зависимости от освещения переливалось от изумрудного до бирюзового, приближалась к нему.

Как яблоко, заря была зелёной,
Текли вином зелёным небеса,
В них лепесток луны позолочённый.
И как бутон, лучами пробуждённый,
Она открыла ясные глаза,
Что были зеленей зари зелёной.

(Дэвид Герберт Лоуренс )

Зеленые лучи ткани обвалакивали ее фигуру, подчеркивая ее элегантность и красоту. Она шла меж столиками, приковывая к себе удивленые взгляды. Арамис смотрел на нее и думал как все-таки удивителен сказочный мир, который иногда проявляется на серой фотопленке реальности. И от этого рождатся цветовые образы грусти, счастья и надежды...

Усталой памяти, в седой волне
Глубин прощальных медленно уснувшей,
Ты был — как весть о снившейся весне,
Зеленый луч, изменчиво мелькнувший!
Забытый цвет, качнувшийся намек
Пропел в душе безгрешным перезвоном.
Я снова жил, я снова был далек,
Я нисходил по благодатным склонам.
Вся жизнь моя была опять жива,
Как миг живут алмазным раем льдины.
И целый день мне грезилась листва,
Мне грезились зеленые долины.

(Михаи́л Леонидович Лозинский)

Ее улыбка озарила их маленький уютный мир за столиком и свеча затрепетала, словно радуясь долгожданой встрече со своей феей.
Пальцы коснулись La Carte и Миа вопросительно посмотрела на Арамиса. За их столиком возник владелец ресторана, который решил сам обслужить их. "Мы можем положится на вкус господина Жюссака. Или ты хочешь сделать заказ самостоятеьно?" - спросил Арамис.....

 

[Диего]

Помню-помню, как же! Заходи к нам сюда почаще, у нас тепло и уютно!

Лили, не знаешь, как там симпатичнейшая Elf из Хьюстона поживает ?
Тревожусь. Как-то внезапно она пропала, я не уследил. :sad3:

 

[Лили]

Он обернулся. Миа, в облегающем зеленом платье, которое в зависимости от освещения переливалось от изумрудного до бирюзового, приближалась к нему. Зеленые лучи ткани обвалакивали ее фигуру, подчеркивая ее элегантность и красоту. Она шла меж столиками, приковывая к себе удивленые взгляды. Арамис смотрел на нее и думал как все-таки удивителен сказочный мир, который иногда проявляется на серой фотопленке реальности. И от этого рождатся цветовые образы грусти, счастья и надежды...

Гранатовый браслет, остался в наших душах,
И в памяти живёт, твой нежный силуэт,
Мне кажется, порой, запястье ваше душит,
Гранатовый браслет, гранатовый браслет.
Куда-то на восток, стремятся утром птицы,
Им кажется, их ждёт там розовый рассвет,
Летит передо мной в зачитанных страницах,
И подпись на листе, Гранатовый браслет.
О, как влечёт меня прекрасное запястье,
И на руке твоей гранатовый браслет,
И верю, твёрдо я, что принесёшь мне счастье,
И будет пред тобой восторженный поэт,
Гранатовый браслет, застыл как изваянье,
И знаю, что пройдёт ещё не мало лет,
Работой Куприна, как чудное изданье,
Мне сердце защемит гранатовый браслет

Борис Межиборский

 

[Лили]

Лили, не знаешь, как там симпатичнейшая Elf из Хьюстона поживает ?

Прекрасно поживает. Обнять тебя велела и приветить как положено! ))

 

[КарЛеонова]

Грозою небо вдали распорото,
Рыдает высь, не щадя асфальта,
Рассвет наступит еще нескоро так:
Застыла полночь чернильной смальтой.

Крепчает зверем во мне, обманутой,
К тебе, исчезнувшему, доверье.
Ты комом в горле, струной натянутой
Живешь во мне (за закрытой дверью).

Бумагу грифелем расцарапаю,
Тебя почувствовав дрожью в теле,
Запью далёкого горькой граппою
И захлебнусь беспощадным хмелем...

Porkhuleva Dar'ya


Сальвадор Дали

 

[Aramis]

Прозрачно все - и солнечные дни,
И запах моря, и печальный вечер.
Душа моя. Вот мы с тобой одни
На этой догорающей планете.

Как просто все - по-новому любить
И от всего уйти без сожаленья,
Но ты еще не можешь позабыть
Тяжелого земного сновиденья.

Душа моя, что делать мне с тобой?
Как жалкий раб, отпущенный на волю,
Тоскуешь ты о каторге земной,
О человеческой тоскуешь боли...

Есть радость в том. что все обречено,
Неизмерима и недвижна вечность.
Божественное счастье мне дано -
Пробыть - и возвратиться в бесконечность.

Борис Вильде