интересный вопрос, на мой взгляд - да
Все о Драконах
- Автор темы Сиш
- Дата начала
- Ответы 3 тыс.
- Просмотры 179 тыс.
Для тех, кто устал от политики, политических баталий и сопутствующего негатива, я открываю ресурс нового формата.
Наш новый, мирный, комфортный, домашний, интересный, творческий
Форум БЕЗ ПОЛИТИКИ.
Гостям форум недоступен, но после регистрации вас ждёт уютная душевная атмосфера и интересное дружелюбное общение.
Наша закрытость - наша свобода. Стучите - и вам откроют.
- Статус
Дракон и Кевин смотрели друг на друга. В битве возникла патовая ситуация. Дракон не торопился выдыхать пламя, а Кевин - активировать свиток, который должен был сжечь дракона в один момент. Каждому было понятно, что если он воспользуется своей возможностью победить противника, то и враг свое не упустит.
- У меня есть предложение, - сообщил дракон. Речь у него была человеческая, и говорил он неожиданно приятным голосом.
Кевин вздохнул. Вообще-то он был героем и не знал поражений в битвах. Договариваться с драконом было неприятно. Это ущемляло его рыцарскую гордость.
- Я готов его выслушать, - мрачно ответил Кевин.
- Ну, вообще-то вариантов несколько. Из них первый — это ты сейчас разворачиваешься и уходишь.
- Не пойдет, - покачал головой Кевин. - Лучше я погибну в бою. Я уже дал обещание победить чудовище.
Дракон пробормотал в сторону что-то о пресловутой рыцарской гордости, судя по тону — явно нелицеприятное.
- Хорошо, - покладисто согласился он. - Тогда переходим к плану «б». Ты меня целуешь, и я превращаюсь в человека. Дракона после этого не будет. Обещание ты выполнил.
Кевин в ужасе попятился.
- Тебя? Целовать?
- Да, - сурово ответил дракон. - Что тебя смущает? Моя внешность?
Кевин попытался выбрать из списка причин какую-нибудь ключевую. Не получалось. Причины теснились в его голове, как огурцы в банке, и мешали какой-либо одной из них сорваться с губ.
- Я не целуюсь с мужчинами! - наконец, выкрикнул он. - Я не такой!
- С чего ты взял, что я мужчина? - возмущенно поинтересовался дракон.
То есть, судя по всему, теперь его стоило называть драконицей.
Кевин покраснел. И побледнел. И снова покраснел. Юному рыцарю было всего девятнадцать лет, и целоваться с девушками ему еще не случалось. А тут предлагалось начать сразу с дракона.
Кевин посмотрел на свиток в своей руке. Дракон сейчас был отвлечен разговором, можно было попробовать успеть его активировать... Но теперь, когда чудовище призналось в своей принадлежности к женскому полу, заставить себя убивать его было как-то сложно. Мама Кевина с детства внушала ему мысль о том, что девочек обижать нельзя. Весила мама больше, чем взрослый Кевин в полном доспехе, отличалась громким голосом и редкостной убедительностью. Кевин снов взглянул на свиток, вспомнил маму и вздохнул.
- Х-хорошо, - судорожно выдохнул он. - Куда целовать?
Драконица положила страшную морду на передние лапы, вытянув шею. Ни дать, ни взять — домашняя кошка, которая подставляет голову, чтобы ее почесали за ухом.
- В губы, - величественно сообщила она.
Друзья рассказывали Кевину про волнующие и незабываемые ощущения первого поцелуя. Про томление в душе, бросающуюся в голову кровь и закипающую эйфорию. Ничего из этого Кевин, разумеется, не почувствовал.
Зато, когда он осторожно открыл плотно зажмуренные во время поцелуя глаза, то испытал облегчения. Дракона действительно не было. Перед ним стояла совсем молодая девушка в голубом платье и довольно сердито смотрела на него.
- Мог бы и не делать такое лицо, словно тебя пытают, - хмыкнула она.- Что, неужели я настолько тебе не нравлюсь?
Ответить утвердительно на ее слова теперь Кевин не мог. В человеческом облике девушка ему нравилась. Даже очень.
- Ты... заколдованная принцесса, да? - с надеждой спросил он. - Злой чародей превратил тебя в дракона против твоей воли? И ты насильно вынуждена была воровать овец на соседних пастбищах и убивать тех, кто хотел сразиться с тобой?
- Ну... - замялась девица. - Что-то вроде того. Я бы не стала вдаваться в подробности, скажем так. Кстати, ты же проводишь меня в какое-нибудь более цивилизованное место? Не станешь бросать даму в драконьей пещере?
Кевин не бросил.
Странности он обнаружил меньше, чем через месяц после их знакомства и через неделю после свадьбы, когда на небо вышла полная луна.
- Извини, дорогой, - смущенно сказала ему Диана вечером, когда он, как обычно, обнял ее. - Мне... мне надо.
Меньше, чем через минуту Кевин, раскрыв рот, любовался грациозной драконицей за окном спальни.
Оказалось, что с этим ему придется смириться. Что каждое полнолуние его прекрасная, милая, любящая супруга будет превращаться в зубастое чудовище и воровать овец в близлежащих селах. Девственницами, к счастью, она не интересовалась.
- Ты точно не можешь ничего с этим придумать? - нервно поинтересовался Кевин утром, когда Диана, уже приняв человеческий облик, вяло ковырялась вилкой в салате и рассказывала ему об этом.
- Дорогой мой! - она подняла на него чистые голубые глаза. - Но ведь это тоже часть меня. Я люблю тебя, но вряд ли смогу сделать что-то с этой половиной себя.
Кевин вспомнил кожистый хвост с шипами и запах овечьей (он надеялся) крови, который пахнул на него поутру из милых розовых губ Дианы. Он содрогнулся.
- Я что-нибудь придумаю, - уверенно пообещал он.
© Анна_Долгарева
- У меня есть предложение, - сообщил дракон. Речь у него была человеческая, и говорил он неожиданно приятным голосом.
Кевин вздохнул. Вообще-то он был героем и не знал поражений в битвах. Договариваться с драконом было неприятно. Это ущемляло его рыцарскую гордость.
- Я готов его выслушать, - мрачно ответил Кевин.
- Ну, вообще-то вариантов несколько. Из них первый — это ты сейчас разворачиваешься и уходишь.
- Не пойдет, - покачал головой Кевин. - Лучше я погибну в бою. Я уже дал обещание победить чудовище.
Дракон пробормотал в сторону что-то о пресловутой рыцарской гордости, судя по тону — явно нелицеприятное.
- Хорошо, - покладисто согласился он. - Тогда переходим к плану «б». Ты меня целуешь, и я превращаюсь в человека. Дракона после этого не будет. Обещание ты выполнил.
Кевин в ужасе попятился.
- Тебя? Целовать?
- Да, - сурово ответил дракон. - Что тебя смущает? Моя внешность?
Кевин попытался выбрать из списка причин какую-нибудь ключевую. Не получалось. Причины теснились в его голове, как огурцы в банке, и мешали какой-либо одной из них сорваться с губ.
- Я не целуюсь с мужчинами! - наконец, выкрикнул он. - Я не такой!
- С чего ты взял, что я мужчина? - возмущенно поинтересовался дракон.
То есть, судя по всему, теперь его стоило называть драконицей.
Кевин покраснел. И побледнел. И снова покраснел. Юному рыцарю было всего девятнадцать лет, и целоваться с девушками ему еще не случалось. А тут предлагалось начать сразу с дракона.
Кевин посмотрел на свиток в своей руке. Дракон сейчас был отвлечен разговором, можно было попробовать успеть его активировать... Но теперь, когда чудовище призналось в своей принадлежности к женскому полу, заставить себя убивать его было как-то сложно. Мама Кевина с детства внушала ему мысль о том, что девочек обижать нельзя. Весила мама больше, чем взрослый Кевин в полном доспехе, отличалась громким голосом и редкостной убедительностью. Кевин снов взглянул на свиток, вспомнил маму и вздохнул.
- Х-хорошо, - судорожно выдохнул он. - Куда целовать?
Драконица положила страшную морду на передние лапы, вытянув шею. Ни дать, ни взять — домашняя кошка, которая подставляет голову, чтобы ее почесали за ухом.
- В губы, - величественно сообщила она.
Друзья рассказывали Кевину про волнующие и незабываемые ощущения первого поцелуя. Про томление в душе, бросающуюся в голову кровь и закипающую эйфорию. Ничего из этого Кевин, разумеется, не почувствовал.
Зато, когда он осторожно открыл плотно зажмуренные во время поцелуя глаза, то испытал облегчения. Дракона действительно не было. Перед ним стояла совсем молодая девушка в голубом платье и довольно сердито смотрела на него.
- Мог бы и не делать такое лицо, словно тебя пытают, - хмыкнула она.- Что, неужели я настолько тебе не нравлюсь?
Ответить утвердительно на ее слова теперь Кевин не мог. В человеческом облике девушка ему нравилась. Даже очень.
- Ты... заколдованная принцесса, да? - с надеждой спросил он. - Злой чародей превратил тебя в дракона против твоей воли? И ты насильно вынуждена была воровать овец на соседних пастбищах и убивать тех, кто хотел сразиться с тобой?
- Ну... - замялась девица. - Что-то вроде того. Я бы не стала вдаваться в подробности, скажем так. Кстати, ты же проводишь меня в какое-нибудь более цивилизованное место? Не станешь бросать даму в драконьей пещере?
Кевин не бросил.
Странности он обнаружил меньше, чем через месяц после их знакомства и через неделю после свадьбы, когда на небо вышла полная луна.
- Извини, дорогой, - смущенно сказала ему Диана вечером, когда он, как обычно, обнял ее. - Мне... мне надо.
Меньше, чем через минуту Кевин, раскрыв рот, любовался грациозной драконицей за окном спальни.
Оказалось, что с этим ему придется смириться. Что каждое полнолуние его прекрасная, милая, любящая супруга будет превращаться в зубастое чудовище и воровать овец в близлежащих селах. Девственницами, к счастью, она не интересовалась.
- Ты точно не можешь ничего с этим придумать? - нервно поинтересовался Кевин утром, когда Диана, уже приняв человеческий облик, вяло ковырялась вилкой в салате и рассказывала ему об этом.
- Дорогой мой! - она подняла на него чистые голубые глаза. - Но ведь это тоже часть меня. Я люблю тебя, но вряд ли смогу сделать что-то с этой половиной себя.
Кевин вспомнил кожистый хвост с шипами и запах овечьей (он надеялся) крови, который пахнул на него поутру из милых розовых губ Дианы. Он содрогнулся.
- Я что-нибудь придумаю, - уверенно пообещал он.
© Анна_Долгарева
В одной китайской провинции жил Дракон. Люди каждый месяц должны были платить Дракону непосильную дань и отдавать самую красивую девушку. Но в провинции жили и достойные храбрецы, которые врывались в дворец Дракона и сражались с ним. Многие юноши пытались вступить в сражение с Драконом в его дворце, но... каждый раз на балкон дворца выходил глашатай и провозглашал: "Дракон жив! Победил Дракон!".
Прошло много времени... Нашёлся очередной смельчак. Когда его любимую девушку отвели к Дракону, он взял меч и пошёл во дворец. Открыв ворота, он зашёл в огромный зал. Посередине стоял трон, на нём лежал... старый и дряхлый Дракон. Юноша пару раз ткнул его мечом - Дракон издох. Юноша пошёл по длинным коридорам дворца искать невесту... Вдоль стен стояли бесчисленные сундуки набитые золотом и драгоценностями... По мере того, как юноша двигался по коридорам дворца и дивился богатству, которое теперь по праву принадлежало ему, и стал наслаждаться блеском и красотой алмазов, у него отрастали хвост, когти, клыки, чешуя... Юноша запускал руки в горы золота и не мог оторваться. В конце коридора открылась дверь на балкон, внизу стояла толпа народа... Глашатай объявил (как обычно): "Дракон жив! Победил Дракон!" Юноша удивился и стал переубеждать глашатая, мол, Дракон повержен и лежит пронзенный мечом... Глашатай лишь указал на зеркало. Юноша повернулся к зеркалу и узрел, как у него, восхищенного блеском камней и золота глаза налились кровью, лицо освирепело, а руки стали перепончатыми... На балконе стоял молодой, голодный и свирепый Дракон....
Прошло много времени... Нашёлся очередной смельчак. Когда его любимую девушку отвели к Дракону, он взял меч и пошёл во дворец. Открыв ворота, он зашёл в огромный зал. Посередине стоял трон, на нём лежал... старый и дряхлый Дракон. Юноша пару раз ткнул его мечом - Дракон издох. Юноша пошёл по длинным коридорам дворца искать невесту... Вдоль стен стояли бесчисленные сундуки набитые золотом и драгоценностями... По мере того, как юноша двигался по коридорам дворца и дивился богатству, которое теперь по праву принадлежало ему, и стал наслаждаться блеском и красотой алмазов, у него отрастали хвост, когти, клыки, чешуя... Юноша запускал руки в горы золота и не мог оторваться. В конце коридора открылась дверь на балкон, внизу стояла толпа народа... Глашатай объявил (как обычно): "Дракон жив! Победил Дракон!" Юноша удивился и стал переубеждать глашатая, мол, Дракон повержен и лежит пронзенный мечом... Глашатай лишь указал на зеркало. Юноша повернулся к зеркалу и узрел, как у него, восхищенного блеском камней и золота глаза налились кровью, лицо освирепело, а руки стали перепончатыми... На балконе стоял молодой, голодный и свирепый Дракон....
Страх и сила молитвы
Шли через пустыню старец и послушник. И вдруг увидели огнедышащего дракона. Они очень испугались, и бросились бежать. Старец даже послушника обогнал — вон какую прыть проявил. Убежав подальше и отдышавшись, послушник говорит старцу: — Выходит, и ты, отец, страх испытываешь? А не мог ли ты победить того дракона молитвой? Старец и отвечает: — Да, сын мой, я мог победить дракона молитвой. Но после этого мне бы долго пришлось биться с другим драконом — духом гордыни. Так что я выбрал более простой путь — поддался испугу и убежал.
посмотрела - очаровашка жуткий ...бррр
мне по душе добрые и ироничные драконы... как в тех сказках что я выкладываю.
Скачет Илья Муромец по пустыне, устал, силы на исходе, видит вдали оазис вода и еда, и там же Змей Горыныч. Илья Муромец достал свой меч и в бой с Змей Горынычем, бьётся день и ночь с ним в жестоком бою, на третий день Змей Горыныч спрашивает у Богатыря:
- Да что ж тебе надо от меня?
- Да пить я хочу.
- Да пей, хули ты до меня докопался-то?!
- Да что ж тебе надо от меня?
- Да пить я хочу.
- Да пей, хули ты до меня докопался-то?!
Был солнечный полдень.
- Ну? – спросил дракон.
- Он говорит, что пришёл спасать мир, - пояснил рыцарь с самым серьезным видом.
- Этот дрищ?! – удивился ящер.
- Этот герой, - поправил партнера рыцарь.
- Ему что? Больше заняться нечем?
- Именно, - подтвердил рыцарь. – Он пылок, несгибаем и очень одинок в этом мире.
- Ну да, - фыркнул дракон, - Куда еще податься такому буйному?.. Только – в спасатели мира.
- Он ждет тебя, - напомнил рыцарь.
- Как?
- Натощак. Преисполненный смелости и дерзновенности.
- Типичный шизофреник, - поставил диагноз дракон, - А зачем ждёт-то?
- Дабы сразить врага рода людского. И тем спасти мир от напасти имени тебя.
- Красавчик! – восхитился дракон, трепетно сложив на груди передние лапы с метровыми когтями.
Рыцарь немного помялся и сообщил:
- Ты это… Не обижайся, но я ему своё копье отдал. А то у парня из всего оружия – только Слово Божие. Правда – в письменном виде и приличной толщины. Так что если этим томом кому по башке дать – хана башке... Но с копьем на дракона, по моему мнению, все же как-то правильнее.
- Минуточку, - ящер прищурился, - Так ты на чьей стороне? На моей или на его?
- Я на стороне доблести, - сразу надулся рыцарь.
- А в чем доблесть-то? – не понял ящер, - В том, чтобы тащится за мной непрерывно канюча «Вызываю на смертный бой! Умоляю тебя, чудовище, о сём!» - ?
- Нууууу…
- Мне всегда казалось, что если тебе нужна драка, то ты её просто устраиваешь. А не умоляешь, повиснув на чужом хвосте, о том, чтобы тебе наконец-то дали в жбан, - отрезал дракон.
И принялся шумно когтями чесать живот.
- Путь к славе тернист, - зачем-то брякнул рыцарь и надолго задумался, зачем и к чему он это сказал.
Дракон тоже замолчал.
В наступившей паузе стало слышно, как у подножия холма, на вершине которого устроились партнеры, кто-то трясёт кусты и ломким дребезжащим голосом восклицает:
- Чудовище! Иди сюда! Я устрою тебе ад! Я обращу тебя в хаос!..
- Я уже говорил, что он дерзновенен? – не без гордости за собрата-героя поинтересовался рыцарь.
- Это слышно невооруженным ухом, - фыркнул дракон, – Точно так же, как и то, что этот парень, вопреки твоим утверждениям, не особо смел.
- С чего ты так решил?
- Будь дело иначе, он орал бы свои тезисы здесь и мне в морду, а не издалека и из кустов, верно? – дракон ехидно подмигнул.
- Нуууу, - рыцарь наморщил лоб, - Может там у него – выгодная позиция? С точки зрения тактики.
- Жидкие кустики, это выгодная позиция против тяжелого бронированного высокоманевренного летающего огнемёта?! Напарник, я с тебя валяюсь! – заржал дракон.
После чего рухнул на спину и принялся валяться, издавая нечленораздельные звуки.
Кусты под холмом перестали орать, перейдя в режим прислушивания.
Навалявшись от души и пару раз безуспешно, но честно попытавшись сделать гимнастическую «березку», крылатое пресмыкающееся еще раз подмигнуло рыцарю и вдруг затрусило вниз.
- Эй! – заорал в спину партнеру рыцарь, - Только бейся с ним честно!..
- С кем биться-то? – уже из гущи кустов откликнулся дракон, - Тут уже никого нет.
- А что там есть?
- Кусты есть. Заранее натоптанная тропка для отступления есть. Еще – твоё копьё и записка.
Вдоволь нагугукавшись по зарослям, дракон тяжелой рысью вернулся на холм. Уселся поудобнее, развернул мятый клочок пергамена и с надрывом в голосе зачитал:
- «Недостопочтимое Чудовище. Слыша Ваши предсмертные звуки и наблюдая снизу, как на холме дергалось в агонии Ваше тело, счёл я, что будет не богоугодным делом убивать Вас на Пороге Вечности, куда Вас привёл Господь. Засим желаю Вам попасть в ад, а сам отправляюсь по городам и весям, чтобы поведать людям назидательную историю гибели врага рода людского от одного моего праведного взгляда. P.S. Записку оставляю на случай, если Вы всё же выживите. Но если Бог допустит такое – знайте, я исправлю эту ошибку. Дрожите и бойтесь меня! Вам от меня не уйти!!!»
- Странный герой, - признал рыцарь, прослушав текст.
- Я же говорил - дрищ, - пожал чешуйчатыми плечами дракон, - Они все такие. С трагическим огнём в глазах и Божьим словом на устах. Дерзновенные, не вылезая из кустов. Собственно, в этом и есть главная разница между героями и дрищами. Первые, чтобы совершить подвиг, делают шаг вперёд,..
- А вторые?
- …Вторые делают шаг за угол. И там собой гордятся.
- Как?
- Страшно!..
- Ну? – спросил дракон.
- Он говорит, что пришёл спасать мир, - пояснил рыцарь с самым серьезным видом.
- Этот дрищ?! – удивился ящер.
- Этот герой, - поправил партнера рыцарь.
- Ему что? Больше заняться нечем?
- Именно, - подтвердил рыцарь. – Он пылок, несгибаем и очень одинок в этом мире.
- Ну да, - фыркнул дракон, - Куда еще податься такому буйному?.. Только – в спасатели мира.
- Он ждет тебя, - напомнил рыцарь.
- Как?
- Натощак. Преисполненный смелости и дерзновенности.
- Типичный шизофреник, - поставил диагноз дракон, - А зачем ждёт-то?
- Дабы сразить врага рода людского. И тем спасти мир от напасти имени тебя.
- Красавчик! – восхитился дракон, трепетно сложив на груди передние лапы с метровыми когтями.
Рыцарь немного помялся и сообщил:
- Ты это… Не обижайся, но я ему своё копье отдал. А то у парня из всего оружия – только Слово Божие. Правда – в письменном виде и приличной толщины. Так что если этим томом кому по башке дать – хана башке... Но с копьем на дракона, по моему мнению, все же как-то правильнее.
- Минуточку, - ящер прищурился, - Так ты на чьей стороне? На моей или на его?
- Я на стороне доблести, - сразу надулся рыцарь.
- А в чем доблесть-то? – не понял ящер, - В том, чтобы тащится за мной непрерывно канюча «Вызываю на смертный бой! Умоляю тебя, чудовище, о сём!» - ?
- Нууууу…
- Мне всегда казалось, что если тебе нужна драка, то ты её просто устраиваешь. А не умоляешь, повиснув на чужом хвосте, о том, чтобы тебе наконец-то дали в жбан, - отрезал дракон.
И принялся шумно когтями чесать живот.
- Путь к славе тернист, - зачем-то брякнул рыцарь и надолго задумался, зачем и к чему он это сказал.
Дракон тоже замолчал.
В наступившей паузе стало слышно, как у подножия холма, на вершине которого устроились партнеры, кто-то трясёт кусты и ломким дребезжащим голосом восклицает:
- Чудовище! Иди сюда! Я устрою тебе ад! Я обращу тебя в хаос!..
- Я уже говорил, что он дерзновенен? – не без гордости за собрата-героя поинтересовался рыцарь.
- Это слышно невооруженным ухом, - фыркнул дракон, – Точно так же, как и то, что этот парень, вопреки твоим утверждениям, не особо смел.
- С чего ты так решил?
- Будь дело иначе, он орал бы свои тезисы здесь и мне в морду, а не издалека и из кустов, верно? – дракон ехидно подмигнул.
- Нуууу, - рыцарь наморщил лоб, - Может там у него – выгодная позиция? С точки зрения тактики.
- Жидкие кустики, это выгодная позиция против тяжелого бронированного высокоманевренного летающего огнемёта?! Напарник, я с тебя валяюсь! – заржал дракон.
После чего рухнул на спину и принялся валяться, издавая нечленораздельные звуки.
Кусты под холмом перестали орать, перейдя в режим прислушивания.
Навалявшись от души и пару раз безуспешно, но честно попытавшись сделать гимнастическую «березку», крылатое пресмыкающееся еще раз подмигнуло рыцарю и вдруг затрусило вниз.
- Эй! – заорал в спину партнеру рыцарь, - Только бейся с ним честно!..
- С кем биться-то? – уже из гущи кустов откликнулся дракон, - Тут уже никого нет.
- А что там есть?
- Кусты есть. Заранее натоптанная тропка для отступления есть. Еще – твоё копьё и записка.
Вдоволь нагугукавшись по зарослям, дракон тяжелой рысью вернулся на холм. Уселся поудобнее, развернул мятый клочок пергамена и с надрывом в голосе зачитал:
- «Недостопочтимое Чудовище. Слыша Ваши предсмертные звуки и наблюдая снизу, как на холме дергалось в агонии Ваше тело, счёл я, что будет не богоугодным делом убивать Вас на Пороге Вечности, куда Вас привёл Господь. Засим желаю Вам попасть в ад, а сам отправляюсь по городам и весям, чтобы поведать людям назидательную историю гибели врага рода людского от одного моего праведного взгляда. P.S. Записку оставляю на случай, если Вы всё же выживите. Но если Бог допустит такое – знайте, я исправлю эту ошибку. Дрожите и бойтесь меня! Вам от меня не уйти!!!»
- Странный герой, - признал рыцарь, прослушав текст.
- Я же говорил - дрищ, - пожал чешуйчатыми плечами дракон, - Они все такие. С трагическим огнём в глазах и Божьим словом на устах. Дерзновенные, не вылезая из кустов. Собственно, в этом и есть главная разница между героями и дрищами. Первые, чтобы совершить подвиг, делают шаг вперёд,..
- А вторые?
- …Вторые делают шаг за угол. И там собой гордятся.
- Как?
- Страшно!..
:p_208:
Дракон и семь принцесс.
(Испанская сказка.)
Жил когда-то дракон. Он жил в горах, в каменной пещере. В тех же горах жили гномы. Оно исстари так повелось: как только где-то заводится дракон, там тут же селятся гномы. И наоборот – стоит где-то поселиться гномам, так тут же рядом заводится дракон. Это как акулы и рыбы-прилипалы. Своего рода симбиоз. У учёного монаха Фомы Аквилонского есть даже трактат на эту тему. Называется «О подземном народце и огнедышащих гадах в свете христианской теологии». Посмотрите при случае.
Такое сожительство хоть и кажется неестественным, на самом деле вполне понятно и объяснимо. Конечно, драконы являются яркими индивидуалистами, они считаются животными, летают и вообще страшные на вид.
Гномы, напротив, хоть и маленькие, но люди. Они живут большими коллективами, роют норы и шахты и даже не мечтают о полётах. Внешне, конечно, гномы бывают разные, но в целом они весьма симпатичные существа. Бородатые такие, в разноцветных кафтанчиках и оранжевых строительных касках. Посмотрите хотя бы мультик про Белоснежку и её компанию.
Некоторые разногласия среди знающих людей вызывает вопрос о гномьих женщинах, но мы в него вдаваться не будем, приняв за аксиому, что гномам-мужчинам хватает изредка забредающих к ним Белоснежек.
При всём кажущемся различии, между гномами и драконами много сходства. И те и другие любят горы, каменные пещеры и золото. Драконы пускают огонь, а гномы – дым из своих вонючих трубок. Ещё гномы и драконы любят есть мясо и делать гадости людям. Такой уж у них характер. Причём и те, и другие живут по триста лет, и ничего с этим не поделаешь.
Для большого народа, то есть для нас с вами, два этих вида разумных существ изображают яростную вражду, но на самом деле ведут между собой оживлённую торговлю. Иначе, с чего бы у драконов было столько золота, а гномы имели столь тщательно отделанные, словно бы оплавленные стенки своих тоннелей?
Так вот, давным-давно жил в Пиренейских горах один дракон. Звали его Алькатрас. Ему было около ста пятидесяти лет, и он был в самом расцвете своих драконьих сил, хотя ещё не достиг брачного возраста. Он у драконов наступает примерно лет в двести пятьдесят или несколько позже.
За годы жизни Алькатрас накопил порядочно золота, на куче которого спал. Драконы считают, что спать надо только на золоте. От этого, якобы, чешуя становится прочнее, и снятся приятные сны про жирных баранов и рыцарей, одетых в доспехи из консервных банок. А ещё золото было нужно драконам для того, чтобы покупать у гномов коксующийся уголь для своей внутренней топки, из которой они пускали пламя.
В свободное ото сна время наш дракон за умеренную плату (золотом, разумеется) работал газовой горелкой у своих гномов и воровал баранов у окрестных пастухов. Ещё он охотился на диких животных и периодически облетал свою территорию, чтобы прогнать других драконов, если они туда сунутся, ну, и вообще, для порядка.
Периодически Алькатрасу приходилось сражаться с рыцарями, которые в поисках славы, приключений или просто в пылу охоты добирались до его логова. Как правило, рыцарь трубил в рог и махал мечом. Алькатрас вылезал из пещеры и в ответ пускал струю огня. После этого на обед ему доставался хорошо прожаренный рыцарский конь. Или лошадь. Гномы довольствовались оплавленными доспехами, а родственники покойного – бронзовой урной с прахом, которую за умеренную плату им отсылали всё те же гномы.
***
Как-то раз король Диего со своей дочерью прекрасной принцессой Аурелией, одетой в пышное белое платье, в сопровождении многочисленной свитой поднялся на горные луга, чтобы проинспектировать королевские стада мелкого рогатого скота.
По странному совпадению, именно в тот день дракон Алькатрас решил пополнить запасы провизии и полетел к тем самым стадам, которые инспектировал король Диего.
Свита почти сразу заметила дракона. Дракон, который был немного подслеповат, заметил свиту несколько позже.
- Спасайся, кто может!!! – Закричали придворные и забегали по лугу, перемешавшись с баранами, овцами и пастухами.
«Эдак я могу остаться без обеда»! – Подумал дракон, наблюдая суету на земле, и резко спикировал на мечущихся внизу людей и овец, целясь в самого жирного белого барана.
Может быть, дракона подвело зрение, а может быть принцесса просто оказалась в ненужное время в ненужном месте. Так или иначе, именно прекрасную Аурелию Алькатрас схватил своими длинными когтями и, тяжело махая крыльями, полетел в своё логово. Со стороны он походил на торпедоносец, идущий в атаку на вражеский линкор.
Придворный художник Альмазилл развернул свой этюдник и тут же принялся делать наброски с натуры. Он был единственным из присутствующих, кто сохранил спокойствие и выдержку.
Король Диего, напротив, был в бешенстве и ужасном расстройстве. Он рыдал от горя и в ярости пинал баранов, придворных и пастухов.
Придворные причитали. Пастухи тихо благословляли летающую тварь. Ибо именно на дракона они списывали слишком часто выбывающих из строя своих подопечных парнокопытных. И вот свирепое чудовище лично явило перед лицом короля яркое доказательство своей реальности!
Дракон скрылся за горой. Постепенно все успокоились и овцы отделились от придворных, а Альмазилл закончил свой шедевр, выставленный ныне в галерее «Прадо» под названием «Атака императорского торпедоносца на укрепления атолла Мидуэй», неизвестный художник, вторая половина ХХ века.
Король, пройдя между рядами своих подданных, промокнул платком выступившие слёзы и спросил, кто знает что делать, чтобы вернуть принцессу?
Бараны и их пастухи безмолвствовали, а кто-то из придворных пискнул, что неплохо бы сообщить о случившемся жениху прекрасной Аурелии, иностранному принцу Маврикию. Типа, он благородный дон, рыцарь и кому, как ни ему, сражаться с драконом и освобождать свою суженую?
Король признал затею недурной и тут же отослал высказавшего данную идею пажа за своим потенциальным родственником, если по Божьей воле чудовище ещё не закусило его доченькой. Или за мстителем, если таковая беда всё же случилась.
Вслед за ускакавшим пажом, король и двор стали спускаться с горы.
***
Получив от пажа печальное известие, храбрый принц Маврикий оседлал своего боевого коня и поскакал на поиски дракона. За три дня добрался он до альпийских лугов и, несмотря на предостережения пастухов, которые как раз доедали очередного барана, отправился через перевал к логову Алькатраса.
Принц, с трудом одолев крутой подъём, стал спускаться с другой стороны горы. Через пару часов пути перед ним открылся зев мрачной пещеры.
Маврикий по привычке достал рог. Посмотрел на него, подумал, и трубить не стал. Спрятав рог, он сложил ладони рупором возле рта и прокричал:
- Эй, дракон, выходи! Поговорить надо.
Раздался шорох чешуи по камням и Алькатрас выполз ему навстречу. Пламенем из пасти, подобному огню ацетиленовой горелки, он расплавил для демонстрации своей мощи небольшую скалу и сказал шипящим голосом:
- Ты, это, не меня часом ищешь, рыцарь?
- Я ищу чудовище, похитившее мою суженую, прекрасную принцессу Аурелию, чтобы освободить её, если она ещё жива, или отомстить злодею, если она убита.
- Гм, чешет как по писанному. – Сел на свой хвост дракон. - Но, если отбросить высокопарные слова, это, в общем, похвальное желание. Считай, что меня ты уже нашёл. Дальше что?
- Дальше – готовься к смерти! – Закричал принц Маврикий.
Он захлопнул забрало шлема, закрылся щитом и, наставив на дракона копьё, готов был пришпорить коня для самой решительной атаки. Во всяком случае, так показалось дракону. Он тоже набрал в лёгкие воздуха, и собрался активировать свою огненную железу для испускания пламени.
К его удивлению, принц, так и не начав драку, осадил коня и поднял забрало шлема. А потом сказал, как ни в чём не бывало:
- Прежде, чем сражаться, давай поговорим как цивилизованные люди.
- Это как? – Удивился Алькатрас.
- Элементарно, Ватсон! Переговоры и компромисс всегда предпочтительнее конфронтации и смертоубийства.
- Чего? – Недоверчиво посмотрел на принца дракон.
- Того. Зачем нам драться? Я предлагаю тебе выкуп за принцессу. Если она жива, разумеется. За мёртвую я не заплачу и ломаного гроша!
- Что такое выкуп? – Поинтересовался дракон.
- Деньги, золото, материальные ценности. В обмен на освобождение девушки. – Пояснил принц.
- Это меняет дело! - Повеселел Алькатрас. – Чего дашь?
Принцу показалось, что глаза дракона на мгновение превратились в золотые песо. Маврикий задумчиво поскрёб тыльную часть своего шлема железной рукавицей. Звук получился отвратительный.
Принц поморщился и предложил:
- Ну, скажем, если девушка весит около ста двадцати фунтов без платья и украшений… Впрочем, её украшения наверняка уже в твоей куче золота…
Дракон кивнул, признавая справедливость этих слов.
- В общем, - закончил Маврикий, - я дам тебе по фунту золота за каждые два фунта живого веса принцессы. Шестьдесят фунтов золота тебе, принцессу мне и мы расстаёмся добрыми друзьями.
- Да как ты смеешь! У меня нет друзей! – Зарычал дракон, но тут же сбавил тон. Предложение принца ему понравилось, и заводить ссору из-за каких-то неправильных формулировок не стоило. Дракон задумался, стараясь не продешевить. Принц терпеливо ждал.
- Ладно, - сказал Алькатрас через некоторое время, - твоя принцесса жива и невредима. Так что я согласен получить за неё названный тобой выкуп. Драгоценности, бывшие на принцессе, в учёт не идут! – Торопливо добавил он.
- Разумеется! – Кивнул Маврикий. – Моё слово твёрдо. Почти как королевское. Шестьдесят фунтов золота и ни песо больше! Украшения принцессы, так и быть, можешь своей добычей. По рукам?
- По рукам. – Вздохнул дракон, протягивая принцу свою лапу. Маврикий осторожно пожал её и быстро убрал руку.
- Надеюсь, пока я доставлю требуемую сумму, с принцессой ничего не случится? Сказал он.
- Для пущей гарантии я сдам её на сохранение гномам. У них она будет в полной безопасности. – Заверил его дракон.
- Хорошо. – Кивнул принц и, отсалютовав дракону своим длинным копьём, ускакал прочь. Цена, конечно, была высока, но принца грела мысль о скорой свадьбе, приданом принцессы и обещанной за ней половине королевства.
Через неделю, приняв по описи и тщательно взвесив в лапах доставленное золото, дракон удовлетворённо хмыкнул и, небрежно откатив от входа в пещеру камень, велел извозчикам занести слитки и монеты в его пещеру, откуда навстречу принцу Маврикию уже мчалась несколько осунувшаяся, но по-прежнему прекрасная принцесса Аурелия.
- Дорогая! – Воскликнул принц, обнимая свою невесту, - они хорошо с тобой обращались?
- Можно сказать и так. – Падая в объятия суженого, надула губки Аурелия, - только баранина у дракона была без гарнира, мясо получалось вечно пережаренное и соли к столу не подавали. А спать без одеяла и подушки, пусть и на куче золота, зато под боком у дракона, может и роскошно, но очень неудобно. К тому же я сильно соскучилась по тебе, сладким блюдам и салату.
- Ты всё время была в этой пещере? – Ужаснулся Маврикий.
- Нет, только первые дни. Потом меня перевели к гномам. У них условия проживания куда лучше, и потом, с мелкими шалунишками было гораздо веселее, чем с глупой рептилией. - Принцесса мечтательно закатила глаза и быстро облизала свои прелестные губки розовым язычком. К счастью, Маврикий в тот миг отвлёкся и не заметил, как томно затуманились её глаза.
- Сейчас, когда я свободна, ты убьёшь этого злобного дракона? – Изобразив скорбь на лице, спросила принцесса.
- Понимаешь, дорогая, - поцеловал невесту принц, - всё-таки это редкая рептилия, может быть, даже занесённая в Красную Книгу. К тому же, он ведь похитил тебя не по злому умыслу, а в силу недоразумения. Мы с ним решили вопрос полюбовно, и не стоит отступать от заключённого договора, нагнетать напряжённость и устраивать конфронтацию.
- Ах ты… - Начала было принцесса, но она была умной девушкой и сумела на ходу сообразить, что к чему. Быстро прикинув размеры дракона, и сопоставив их с размерами принца, Аурелия справедливо решила, что в бою с ним у её любимого не было бы ни малейшего шанса. Ещё она подумала о том, что гномы, конечно, очень милые существа, но, при всей их неистощимой фантазии и неуёмной мужской силе, в мужья принцессе они не годятся. А принцы на дороге не валяются. Да и дракон, в конце концов, хотел украсть всего лишь овцу. Просто немного промахнулся. Так что, согласившись на выкуп, её жених был скорее прав, чем наоборот. Резко снизив обороты, она ласково прошептала: - …мой мудрый Маврикий! Ни о чём не жалей, ты всё правильно сделал. К тому же, моё приданое с лихвой покроет все твои расходы.
- Да, дорогая, именно на это я и рассчитываю. – Принц протянул ей кусок пергамента с росписью расходов и предполагаемых доходов.
После этого они вместе с разгрузившимся обозом отправились домой, потом поженились и жили долго и счастливо, что, согласитесь, редкость в королевских семьях. Да и не только в королевских. Ну а то, что Аурелии иногда бывало скучно с разумным и осторожным Маврикием, это уже её проблема. Собственно говоря, сказка-то не о принцессе Аурелии, а о драконе.
***
Что же касается последнего, то Алькатрас, получив выкуп, присовокупил его к своим сокровищам и, развалившись на несколько увеличившейся куче золота, решил, что так стало гораздо удобнее. Впрочем, хвост на золоте не умещался, и его приходилось подгибать или вытягивать на голом каменном полу. Дракону это очень не нравилось, и он решил раздобыть ещё золота. Вопрос как добыть презренный металл больше перед ним не стоял. Выкуп! Вот что способно сделать состояние порядочному дракону. И не надо больше прожигать дырки в скалах и работать вместо горна в кузницах гномов за их смешные подачки в виде пригоршни золота или драгоценных камней!
Алькатрас почесал лапой за ухом, потянулся и выполз из пещеры. Расправив крылья, он полетел на охоту.
За неделю дракон похитил пять христианских и две мусульманских принцессы.
В принципе, он мог бы похищать и простолюдинок. Однако попробуй, пойми, у кого из них богатые родители? Так похитишь бедную девушку, а за ней не только что выкупа не дадут, но и освобождать никто не приедет. Даже рыцарским конём не пообедаешь. Разве что саму бедолагу съесть? Можно, конечно, только не стоит. Человеческое мясо на драконий вкус не слишком приятно. То ли дело жирные бараны! Нет, определённо надо похищать только принцесс! У них родители точно богаты.
Так, мечтая о золоте, дракон каждый день совершал челночные рейсы по соседним королевствам и халифатам.
Справедливости ради стоит сказать, что проблемы с похищенными принцессами начались у Алькатраса в первый же день. Как только он утащил принцессу Эсперансу. Похитить её было несложно. Принцесса одна, без обычных своих фрейлин, отправилась туда, куда даже её папа-король пешком ходил. Алькатрас, до поры прятавшийся за деревьями королевского сада, сцапал её на выходе и уволок в свою пещеру.
Едва он сбросил Эсперансу на кучу золота и свирепо зарычал, рассчитывая нагнать страха на пленницу, она резво вскочила на ноги и, уперев руки в боки, пошла в наступление:
- Куда ты меня приволок, крокодил крылатый? Съесть собрался? Так пусть моя голубая кровь встанет у тебя поперёк горла! Ты хоть знаешь, кто мой отец и сколько у него рыцарей?
- Сударыня… - начал было дракон.
- К принцессе обращаться «Ваше высочество»! – Взвизгнула Эсперанса и пребольно ткнула Алькатраса в локоть передней ноги (звучи дико, но такова уж анатомия драконов) носком своей острой туфлей.
- Хорошо, хорошо! – Подвывая от боли, отступил назад Алькатрас, - Ваше высочество.
- Я слушаю тебя, богомерзкое чудовище! – Приняв гордую позу, надменно сказала принцесса.
Посмотрев на неё, дракон всерьёз задумался, кто из них кого взял в плен. Всё-таки странные существа люди. А их женщины ещё страннее. С гномами всё значительно проще…
- Почему ты молчишь, когда с тобой разговаривает царственная особа? – Визг принцессы оборвал раздумья дракона.
- Чего изволите? – Против собственной воли он по лакейски подобострастно изогнул шею.
- Изволю, чтобы ты немедленно отнёс меня домой! – Приказала принцесса.
- Никак невозможно. – Предусмотрительно отступив назад, со всей возможной твёрдостью сказал дракон и выпустил из ноздрей немного дыма.
- Почему? – Брови принцессы сошлись на переносице и напоминали летящую ворону.
- Я похитил Вас для получения выкупа. Как только, в общем, так Вы сразу и свободны.
- Ха! – Рассмеялась принцесса Эсперанса. – Глупая рептилия! Дай мне, на чём и чем писать, и я сообщу своему отцу о твоём низком поступке. Иначе как он узнает, что с него требуют выкуп? И потом, неужели ты думаешь, что золото доставят тебе по воздуху? Это займёт несколько дней.
- И что? – Не понял её мысль дракон.
- А то, что я должна принять ванну, выпить чашечку кофе. Учти, я привыкла спать на мягкой постели, красиво одеваться, хорошо есть. За мной должны ухаживать! Где всё это? – Она обвела рукой каменные стены, пол и своды пещеры, вся мебель которой состояла из кучи золота в центре, если, конечно, таковая могла сойти за мебель. – Где канделябры, где свечи, в конце концов?
Дракон через плечо посмотрел на зев пещеры, через который внутрь проникал слабый закатный свет.
- Может как-нибудь так? Спартанская обстановка, для разнообразия. – Несмело предложил он.
- Чтобы я похудела, подурнела и стала выглядеть как простолюдинка? – Удивилась принцесса. - Нет уж, хочешь получить выкуп за меня, будь добр обеспечить королевские условия заточения. Иначе будут тебе от мёртвого осла уши, а не золото!
- Может мне тебя убить? – Предложил дракон, когда до него дошли требования Эсперанчы. – Это я мигом.
- Только попробуй. – Гордо вскинула голову принцесса. – Ты увидишь, как умирают венценосные особы, не получишь выкуп и тебе жестоко отомстят за мою гибель.
- Кто отомстит? – Заинтересовался Алькатрас.
- Когда узнаешь, поздно будет. – Загадочно пояснила принцесса.
Алькатрас решил, что в её словах много правды и кивнул:
- Ладно, будут тебе королевские условия.
Он сейчас же подошёл к гномьей слуховой норе и прокричал туда:
- Эй, гномы, вы слышите меня?
- Слышим, Каа! – Раздалось из-под горы.
- Сколько раз вам говорить, меня зовут Алькатрас! – Прорычал дракон и возмущённо выпустил из ноздрей облака дыма. Сзади захихикала принцесса.
- Чего надо? – Не слишком вежливо спросили из-под земли.
- Шоколада, блин… Мебель надо мягкую, бельё, шмотки женские, еду хорошую. – Проворчал дракон и пояснил: - У меня принцесса в гостях.
- Опять? – Удивились гномы.
- Да. – Развёл лапами дракон.
- Восемь песо.
- Ловите, вымогатели. – Алькатрас сбросил в дыру требуемое количество золота. Первый раз в жизни он не торговался с гномами!
- Можешь идти. – Разрешили гномы, поймав монеты. – Мы позаботимся о юной сеньоре. Только попрочнее завали выход из пещеры.
- Вы¸ Ваше высочество, с ними столкуетесь. – Кивнув на гномью нору, сказал Алькатрас Эсперансе и поспешно выбежал из пещеры.
Дракон торопился. Он понимал, что новости среди людей распространяются быстро и спешил наловить нужное количество принцесс до того, как будут приняты соответствующие меры.
***
Принцессу Инезилью он похитил прямо из опочивальни, разбив большое окно дворца. Подхватив кровать и путаясь в балдахине, он полетел прочь под истошные крики камеристок и дежурных фрейлин. Кровать пришлось бросить над Барселоной, уж больно она была тяжёлая. Барселонцы восприняли такой подарок без особого восторга и долго проклинали летучего гада, выковыривая доски и стойки балдахина из побитой черепицы городской ратуши.
Надо ли говорить, что Эсперанса, уже успевшая с помощью гномов обжиться в пещере, приняла Инезилью как родную сестру. Мельком глянув на их девичьи объятья, Алькатрас сплюнул струёй огня и снова вылетел на охоту.
На рассвете он подкрепился бараном на пастбище и к вечеру приволок в пещеру принцессу Марию. За ней последовали принцессы Анна, Доротея, Стефания, Джамиля и Зейнаб.
Принцессу Аделаиду Алькатрас похитить уже не смог, поскольку все стены замка, в котором она проживала, были плотно усеяны готовыми к стрельбе арбалетчиками. Во дворе солдаты взводили камнемётные машины.
Система ПВО была непреодолимой и дракон, сделав круг над замком, полетел восвояси. Он решил, что семи принцесс для начала будет вполне достаточно. И число хорошее, и, примерно по шестьдесят фунтов золота за каждую, это будет… это будет… короче, его хвост тоже будет лежать на золоте, а не на холодном каменном полу.
Исполненный самых радужных надежд, дракон подлетел к своему логову и отвалил от входа камень, который не смогли бы сдвинуть с места даже два десятка самых сильных рыцарей. Заглянув внутрь, Алькатрас оторопел.
Пещера изменилась до неузнаваемости. Золотая лежанка дракона как негодный мусор была свалена в дальнем углу. Посередине помещения стоял огромный обеденный стол, накрытый парчовой скатертью и заставленный самыми изысканными яствами, восточными сладостями и дорогими винами. По стенам в серебряных канделябрах горело множество свечей, освещая гастрономическое изобилие. Они же бросали свет на установленные в свежевырубленных альковах огромные кровати с балдахинами. На гнусном подобии эстрады, установленном возле гномьей норы, несколько молодых гномов с совсем короткими бородами наяривали весёлую мелодию на лютнях, скрипках и духовых инструментах.
Все семь принцесс сидели за столом на мягких парижских стульях и воздавали должное напиткам и закускам. Принцесса Зейнаб (вообще-то, она была не принцессой, а восьмой женой халифа Акбара, но Алькатрас в таких тонкостях не разбирался) как раз произносила цветистый восточный тост. Судя по внешнему виду девушек, это был далеко не первый тост.
Первой вернувшегося Алькатраса заметила Джамиля:
- Девчонки, наш господин прибыл! – Взвизгнула она и побежала к дракону, путаясь в своих полупрозрачных шальварах. С радостными воплями её подруги кинулись следом. Вскоре семь прекрасных дев повисли на драконе и наперебой пытались поцеловать его в морду, а кто-то из них уже карабкался ему на спину в надежде прокатиться по воздуху в образе всадницы, а не авиабомбы на внешней подвеске.
Алькатрас, стараясь не повредить их хрупкие человеческие тела, стряхнул с себя нападавших и выскочил на улицу. Он тяжело дышал.
- Фи, противный! – Донеслось до его слуха из пещеры. – Может он и не мужчина вовсе? Девочки, давайте опять позовём тех забавных гномов, с ними веселее.
Алькатрас поспешно завалил камнем вход в пещеру и задумался, для чего он это делает: чтобы пленницы не сбежали, или чтобы они снова не добрались до него? Подумать, действительно, было над чем. Новое убранство пещеры, еда и напитки стоили денег. И они у принцесс были. Они тратили его деньги! Алькатрас раздулся от злости. Первым его желанием было откатить камень и длинной струёй пламени сжечь пленных девчонок как мух. Он встал на дыбы, набрал полные лёгкие воздуха… и вспомнил о выкупе. О возможной мести. И о гномах.
Камень остался на месте. Вместо струи пламени из пасти дракона вылетел небольшой клуб дыма.
Успокоившись, Алькатрас нашёл наружное коммуникационное отверстие и крикнул в него:
- Эй, гномы, кто у вас там сейчас за главного?
- Тугодум Валигор. – Раздалось из норы.
- Позови его. – Попросил дракон. – Поговорить надо.
- Сейчас. Жди. – Ответил невидимый собеседник.
Через некоторое время в скале открылась маленькая каменная дверца, и оттуда вышел солидный гном в золотой каске и с бородой, заплетённой в косичку и перекинутой через плечо. Судя по дорогому плащу из самого лучшего латекса и новеньким ортопедическим сапогам швейной фабрики «Скороход», это действительно был главный гном. Впрочем, выглядел он не слишком довольным.
- Чего это у тебя рожа кислая? – Спросил гнома дракон.
- На себя посмотри, да. – Пробурчал гном.
- Согласен. – Не стал нарываться на конфликт Алькатрас. – Похоже, влипли мы с этими принцессами.
- Не мы, а ты. – Поправил дракона гном.
- Ха, я-то понятно, - Усмехнулся Алькатрас, - но что-то я и у тебя веселья не вижу. С чего бы это? Вы ведь неплохо нажились на моём золоте. Наверняка чёртовы девки тратят его, не считая.
- Да. – Не стал скрывать гном, - мы хорошо заработали, исполняя их прихоти. Однако столько белоснежек разом – это тяжкий удар по дисциплине и моральным устоям моего народа. Вплоть до полного падения нравов и остановка работы в шахтах номер три, пять и восемь.
- А другие шахты чего, типа, работают? – Удивился дракон.
- Других нет. У нас всего три шахты: номера три, пять и восемь. – Вздохнул гном.
- Понимаю. – Кивнул Алькатрас, прислушиваясь к музыке, девичьим воплям, хохоту и тяжёлому сопению гномов, долетавших до его ушей даже через толщу камня, закрывающего вход в пещеру. – Надо потерпеть. Скоро я, наверно, получу за них выкуп.
- Да. – Вздохнул главный гном и закурил свою вонючую трубку, - Выкуп – это здорово! Ты мне адреса этих, - гном смачно сплюнул, - принцесс скажи. Я по ним своей почтой требования о выкупе вышлю. Потороплю, так сказать, королей. Мне тоже интересно побыстрее избавиться от их доченек.
- Запоминай. – Сказал дракон и продиктовал Тугодуму названия королевств и халифатов, которые он обездолил.
- О'кей. – Кивнул гном, - я пошлю своих самых быстрых скороходов. Если, конечно, они ещё не потратили все свои силы, ублажая проклятых великанш. Хотя, ты знаешь, есть в них что-то такое… - Гном мечтательно закатил глаза и выбил трубку о камень. Потом он шагнул к скале. Стукнула, закрываясь, каменная дверь.
Дракон, свернувшись калачиком на камнях под открытым небом, долго смотрел на полную луну и, наконец, забылся тяжёлым сном. Ему снились арбалетчики на стенах замка, обглоданные бараньи кости и тянущиеся к нему девичьи рты с острыми человеческими зубами.
***
Венценосные особы, получив через гонцов-гномов требования о выкупе, сначала опечалились, потом разозлились. Намечалась очередная война за Гренаду, и деньги на неё были нужны как христианам, так и мусульманам. Однако престиж государств и интересы продолжения династий настоятельно требовали возвращения принцесс.
Конечно, можно было бы затеять войну с драконом, но не повредит ли такой шаг пленницам? И потом, сколько рыцарей погибнет напрасно! А ведь их можно с куда большей пользой убить в сражениях с неверными.
В общем, поахав, поохав и вдоволь повозмущавшись, короли и халифы решили заплатить выкуп. Если подумать, сумма была не такой уж и большой, всего-то фунт золота за два фунта живого веса принцессы без платья и украшений.
Проклиная принца Маврикия, установившего такую грабительскую таксу, короли и халифы вскрыли свои сокровищницы. Казначеи отсчитали требуемое количество золота и к Пиренеям потянулись обозы под усиленным конвоем вооружённых до зубов воинов.
Алькатрас, заметив первый обоз, от радости отвалил камень от входа, ворвался в пещеру и залпом выпил три бутылки вина под восхищённые крики и аплодисменты вконец распоясавшихся принцесс и прислуживающих им гномов.
Очень быстро непривычному к спиртному дракону стало хорошо. Очень хорошо ему стало. Алькатрас мутным взором осмотрел своё жилище, пустил скупую слезу при виде изрядно отощавшей кучи золота и пополз к выходу.
- Никак выкуп везут, раз наш гад так странно себя ведёт. – Сказала принцесса Эсперанса.
- Скоро мы будем дома! – Захлопала в ладоши принцесса Доротея.
- Дура, чему радуешься?! – Осадила её принцесса Мария. – Опять будет эта дворцовая скука, этикет, фрейлины. Потом замуж выдадут, за чужеземного принца, чтобы ему наследников плодить. Тьфу!
- Да, здесь было классно. – Поддержала её принцесса Джамиля. – Вино, развлечения. А дома опять гарем, евнухи, сплетни и интриги. И жди полгода, пока у мужа до тебя очередь дойдёт.
- Точно. – Сказала принцесса Анна. – Я, конечно, не знаю, кто такие гарем и евнухи, но звучит это нехорошо. Эй, Торин, Гримли, Эйхолот, идите сюда. Порадуйте меня на прощанье!
Неспешно развязывая шнурки корсета, принцесса Анна нырнула под балдахин своей кровати. Трое поименованных гномов шмыгнули следом за ней.
- Девчонки, а мы чего стоим? – Спросила принцесса Эсперанса. – Кто как, а я тоже как следует развлекусь напоследок.
- И мы, и мы тоже! – Завизжали принцессы и, хватая первых попавшихся гномов и бутылки вина, разбежались по своим альковам.
- Бляди! – Пьяно пробурчал Алькатрас, с отвращением наблюдавший эту сцену. После чего, шатаясь, под скрип кроватей покинул пещеру. Лапы его подкосились и он вытянулся на камнях у входа.
- Идея с похищением принцесс была не самой лучшей твоей идеей. – Сказал ему Тугоум, присаживаясь рядом и протягивая дракону бутылку вина.
- Твоя правда. – Не стал спорить с ним Алькатрас и, приняв бутылку, сделал из неё хороший глоток.
Гном с видом завзятого философа раскурил свою вонючую трубку.
Дракон поморщился:
- Чем ты её набиваешь?
- Листьями осины и сушёной лебедой. – Сказал гном.
- А… - Сказал дракон и стал смотреть на небо. Потом он задремал.
Когда первый обоз с золотом прибыл к логову дракона, Алькатрас мирно спал, свернувшись клубком вокруг торчащей как пика скалы.
- Тс! – Шёпотом сказал сопровождающим золото рыцарям главный гном, - не разбудите его. Вы за кем приехали?
- За её высочеством Марией. – Так же шёпотом ответил ему капитан королевской стражи.
- Пятьдесят восемь фунтов золота или монетой по курсу. – Заявил гном.
- Позвольте, но ведь принцесса весит всего сто фунтов! – Чуть повысив голос, возмутился капитан.
- В гостях у моего подопечного девочка немного поправилась. Хорошее питание, знаете ли. – Пожал плечами гном и прошипел в зев пещеры:
- Её высочество Мария, с вещами на выход.
Появилась Мария.
- Гм, она действительно поправилась. – Проворчал капитан. – Хорошо, что мы взяли золота с запасом. Извольте получить.
- Изволю. – Важно сказал гном.
Золото сгрузили с телеги, и его место заняла принцесса Мария. Обоз тронулся в обратный путь. Когда последний всадник скрылся за поворотом, Тугодум растолкал Алькатраса.
- А, что, враги?! – Зарычал дракон. С похмелья у него болела голова.
Гном, опасаясь возможного выброса пламени, спрятался за большой камень и крикнул оттуда:
- Первая партия золота прибыла.
- О! – Дракон посмотрел на туго набитые кожаные мешочки, - это радует.
***
Потом обозы стали прибывать один за другим. Алькатрас едва успевал принимать золото в слитках, монетах и ювелирных изделиях, а гном сновал туда-сюда, выводя из пещеры принцесс и передавая их с рук на руки сопровождающим выкуп лицам.
Последней отбыла восвояси принцесса Эсперанса. Гномы долго махали ей вслед платочками. Они знали, что таких страстных белоснежек у них в гостях больше не будет много-много лет.
Алькатрас как всегда был не в настроении и велел гномам убираться прочь. Когда они исчезли в своих норах, он лично перетаскал всё золото в пещеру. А потом сжёг дотла стол и кровати в альковах. В логове сразу стало просторно и приятно запахло сажей и древесным дымом.
Дракон лапами разровнял золото на полу и, сложив крылья, вытянулся на нём во весь свой немалый рост. Увы, прибыль от успешно проведённой операции оказалась не слишком большой – кончик хвоста всё равно оказался на каменном полу.
- Не расстраивайся ты так. – Утешил Алькатраса заглянувший в пещеру главный гном, - тут надо-то всего полсотни фунтов золота. Украдёшь ещё принцессу, получишь за неё выкуп и всё. Лежанка будет готова в полном объёме.
- Нет уж. – Прорычал дракон. – Слишком хлопотно. Я больше не устрою принцессам такого развлечения за свой счёт. Лучше уж вам прожгу пару новых тоннелей. С людьми, точнее, с их женщинами, связываться себе дороже.
- Как знаешь, - улыбнулся Тугодум, - наши расценки прежние: пригоршня золота за милю тоннеля.
- Согласен. – Проворчал Алькатрас. – Только коксующийся уголь бесплатно! И это, знаешь что, подыскал бы ты мне новую пещеру, а то сюда люди уже шоссе какое-то проложили. Чего доброго скоро туристов станут водить.
Эпилог.
За всю свою долгую жизнь дракон Алькатрас не похитил больше ни одной принцессы. Вскоре он действительно перебрался в другую пещеру и до конца своих дней старался держаться от людей подальше.
Война Арабского Халифата и Испанских Королевств за Гренаду разразилась в положенный срок и унесла множество человеческих жизней с обоих враждующих сторон.
Родители освобождённых из лап дракона принцесс, чувствуя неладное, поспешили выдать дочек замуж. Большинство браков были удачными, однако дети и внуки принцесс отличались невысоким ростом и невиданным долголетием. Но потом человеческая природа взяла свое, и правнуки были уже вполне обычными людьми, хотя и носили короны.
(Испанская сказка.)
Жил когда-то дракон. Он жил в горах, в каменной пещере. В тех же горах жили гномы. Оно исстари так повелось: как только где-то заводится дракон, там тут же селятся гномы. И наоборот – стоит где-то поселиться гномам, так тут же рядом заводится дракон. Это как акулы и рыбы-прилипалы. Своего рода симбиоз. У учёного монаха Фомы Аквилонского есть даже трактат на эту тему. Называется «О подземном народце и огнедышащих гадах в свете христианской теологии». Посмотрите при случае.
Такое сожительство хоть и кажется неестественным, на самом деле вполне понятно и объяснимо. Конечно, драконы являются яркими индивидуалистами, они считаются животными, летают и вообще страшные на вид.
Гномы, напротив, хоть и маленькие, но люди. Они живут большими коллективами, роют норы и шахты и даже не мечтают о полётах. Внешне, конечно, гномы бывают разные, но в целом они весьма симпатичные существа. Бородатые такие, в разноцветных кафтанчиках и оранжевых строительных касках. Посмотрите хотя бы мультик про Белоснежку и её компанию.
Некоторые разногласия среди знающих людей вызывает вопрос о гномьих женщинах, но мы в него вдаваться не будем, приняв за аксиому, что гномам-мужчинам хватает изредка забредающих к ним Белоснежек.
При всём кажущемся различии, между гномами и драконами много сходства. И те и другие любят горы, каменные пещеры и золото. Драконы пускают огонь, а гномы – дым из своих вонючих трубок. Ещё гномы и драконы любят есть мясо и делать гадости людям. Такой уж у них характер. Причём и те, и другие живут по триста лет, и ничего с этим не поделаешь.
Для большого народа, то есть для нас с вами, два этих вида разумных существ изображают яростную вражду, но на самом деле ведут между собой оживлённую торговлю. Иначе, с чего бы у драконов было столько золота, а гномы имели столь тщательно отделанные, словно бы оплавленные стенки своих тоннелей?
Так вот, давным-давно жил в Пиренейских горах один дракон. Звали его Алькатрас. Ему было около ста пятидесяти лет, и он был в самом расцвете своих драконьих сил, хотя ещё не достиг брачного возраста. Он у драконов наступает примерно лет в двести пятьдесят или несколько позже.
За годы жизни Алькатрас накопил порядочно золота, на куче которого спал. Драконы считают, что спать надо только на золоте. От этого, якобы, чешуя становится прочнее, и снятся приятные сны про жирных баранов и рыцарей, одетых в доспехи из консервных банок. А ещё золото было нужно драконам для того, чтобы покупать у гномов коксующийся уголь для своей внутренней топки, из которой они пускали пламя.
В свободное ото сна время наш дракон за умеренную плату (золотом, разумеется) работал газовой горелкой у своих гномов и воровал баранов у окрестных пастухов. Ещё он охотился на диких животных и периодически облетал свою территорию, чтобы прогнать других драконов, если они туда сунутся, ну, и вообще, для порядка.
Периодически Алькатрасу приходилось сражаться с рыцарями, которые в поисках славы, приключений или просто в пылу охоты добирались до его логова. Как правило, рыцарь трубил в рог и махал мечом. Алькатрас вылезал из пещеры и в ответ пускал струю огня. После этого на обед ему доставался хорошо прожаренный рыцарский конь. Или лошадь. Гномы довольствовались оплавленными доспехами, а родственники покойного – бронзовой урной с прахом, которую за умеренную плату им отсылали всё те же гномы.
***
Как-то раз король Диего со своей дочерью прекрасной принцессой Аурелией, одетой в пышное белое платье, в сопровождении многочисленной свитой поднялся на горные луга, чтобы проинспектировать королевские стада мелкого рогатого скота.
По странному совпадению, именно в тот день дракон Алькатрас решил пополнить запасы провизии и полетел к тем самым стадам, которые инспектировал король Диего.
Свита почти сразу заметила дракона. Дракон, который был немного подслеповат, заметил свиту несколько позже.
- Спасайся, кто может!!! – Закричали придворные и забегали по лугу, перемешавшись с баранами, овцами и пастухами.
«Эдак я могу остаться без обеда»! – Подумал дракон, наблюдая суету на земле, и резко спикировал на мечущихся внизу людей и овец, целясь в самого жирного белого барана.
Может быть, дракона подвело зрение, а может быть принцесса просто оказалась в ненужное время в ненужном месте. Так или иначе, именно прекрасную Аурелию Алькатрас схватил своими длинными когтями и, тяжело махая крыльями, полетел в своё логово. Со стороны он походил на торпедоносец, идущий в атаку на вражеский линкор.
Придворный художник Альмазилл развернул свой этюдник и тут же принялся делать наброски с натуры. Он был единственным из присутствующих, кто сохранил спокойствие и выдержку.
Король Диего, напротив, был в бешенстве и ужасном расстройстве. Он рыдал от горя и в ярости пинал баранов, придворных и пастухов.
Придворные причитали. Пастухи тихо благословляли летающую тварь. Ибо именно на дракона они списывали слишком часто выбывающих из строя своих подопечных парнокопытных. И вот свирепое чудовище лично явило перед лицом короля яркое доказательство своей реальности!
Дракон скрылся за горой. Постепенно все успокоились и овцы отделились от придворных, а Альмазилл закончил свой шедевр, выставленный ныне в галерее «Прадо» под названием «Атака императорского торпедоносца на укрепления атолла Мидуэй», неизвестный художник, вторая половина ХХ века.
Король, пройдя между рядами своих подданных, промокнул платком выступившие слёзы и спросил, кто знает что делать, чтобы вернуть принцессу?
Бараны и их пастухи безмолвствовали, а кто-то из придворных пискнул, что неплохо бы сообщить о случившемся жениху прекрасной Аурелии, иностранному принцу Маврикию. Типа, он благородный дон, рыцарь и кому, как ни ему, сражаться с драконом и освобождать свою суженую?
Король признал затею недурной и тут же отослал высказавшего данную идею пажа за своим потенциальным родственником, если по Божьей воле чудовище ещё не закусило его доченькой. Или за мстителем, если таковая беда всё же случилась.
Вслед за ускакавшим пажом, король и двор стали спускаться с горы.
***
Получив от пажа печальное известие, храбрый принц Маврикий оседлал своего боевого коня и поскакал на поиски дракона. За три дня добрался он до альпийских лугов и, несмотря на предостережения пастухов, которые как раз доедали очередного барана, отправился через перевал к логову Алькатраса.
Принц, с трудом одолев крутой подъём, стал спускаться с другой стороны горы. Через пару часов пути перед ним открылся зев мрачной пещеры.
Маврикий по привычке достал рог. Посмотрел на него, подумал, и трубить не стал. Спрятав рог, он сложил ладони рупором возле рта и прокричал:
- Эй, дракон, выходи! Поговорить надо.
Раздался шорох чешуи по камням и Алькатрас выполз ему навстречу. Пламенем из пасти, подобному огню ацетиленовой горелки, он расплавил для демонстрации своей мощи небольшую скалу и сказал шипящим голосом:
- Ты, это, не меня часом ищешь, рыцарь?
- Я ищу чудовище, похитившее мою суженую, прекрасную принцессу Аурелию, чтобы освободить её, если она ещё жива, или отомстить злодею, если она убита.
- Гм, чешет как по писанному. – Сел на свой хвост дракон. - Но, если отбросить высокопарные слова, это, в общем, похвальное желание. Считай, что меня ты уже нашёл. Дальше что?
- Дальше – готовься к смерти! – Закричал принц Маврикий.
Он захлопнул забрало шлема, закрылся щитом и, наставив на дракона копьё, готов был пришпорить коня для самой решительной атаки. Во всяком случае, так показалось дракону. Он тоже набрал в лёгкие воздуха, и собрался активировать свою огненную железу для испускания пламени.
К его удивлению, принц, так и не начав драку, осадил коня и поднял забрало шлема. А потом сказал, как ни в чём не бывало:
- Прежде, чем сражаться, давай поговорим как цивилизованные люди.
- Это как? – Удивился Алькатрас.
- Элементарно, Ватсон! Переговоры и компромисс всегда предпочтительнее конфронтации и смертоубийства.
- Чего? – Недоверчиво посмотрел на принца дракон.
- Того. Зачем нам драться? Я предлагаю тебе выкуп за принцессу. Если она жива, разумеется. За мёртвую я не заплачу и ломаного гроша!
- Что такое выкуп? – Поинтересовался дракон.
- Деньги, золото, материальные ценности. В обмен на освобождение девушки. – Пояснил принц.
- Это меняет дело! - Повеселел Алькатрас. – Чего дашь?
Принцу показалось, что глаза дракона на мгновение превратились в золотые песо. Маврикий задумчиво поскрёб тыльную часть своего шлема железной рукавицей. Звук получился отвратительный.
Принц поморщился и предложил:
- Ну, скажем, если девушка весит около ста двадцати фунтов без платья и украшений… Впрочем, её украшения наверняка уже в твоей куче золота…
Дракон кивнул, признавая справедливость этих слов.
- В общем, - закончил Маврикий, - я дам тебе по фунту золота за каждые два фунта живого веса принцессы. Шестьдесят фунтов золота тебе, принцессу мне и мы расстаёмся добрыми друзьями.
- Да как ты смеешь! У меня нет друзей! – Зарычал дракон, но тут же сбавил тон. Предложение принца ему понравилось, и заводить ссору из-за каких-то неправильных формулировок не стоило. Дракон задумался, стараясь не продешевить. Принц терпеливо ждал.
- Ладно, - сказал Алькатрас через некоторое время, - твоя принцесса жива и невредима. Так что я согласен получить за неё названный тобой выкуп. Драгоценности, бывшие на принцессе, в учёт не идут! – Торопливо добавил он.
- Разумеется! – Кивнул Маврикий. – Моё слово твёрдо. Почти как королевское. Шестьдесят фунтов золота и ни песо больше! Украшения принцессы, так и быть, можешь своей добычей. По рукам?
- По рукам. – Вздохнул дракон, протягивая принцу свою лапу. Маврикий осторожно пожал её и быстро убрал руку.
- Надеюсь, пока я доставлю требуемую сумму, с принцессой ничего не случится? Сказал он.
- Для пущей гарантии я сдам её на сохранение гномам. У них она будет в полной безопасности. – Заверил его дракон.
- Хорошо. – Кивнул принц и, отсалютовав дракону своим длинным копьём, ускакал прочь. Цена, конечно, была высока, но принца грела мысль о скорой свадьбе, приданом принцессы и обещанной за ней половине королевства.
Через неделю, приняв по описи и тщательно взвесив в лапах доставленное золото, дракон удовлетворённо хмыкнул и, небрежно откатив от входа в пещеру камень, велел извозчикам занести слитки и монеты в его пещеру, откуда навстречу принцу Маврикию уже мчалась несколько осунувшаяся, но по-прежнему прекрасная принцесса Аурелия.
- Дорогая! – Воскликнул принц, обнимая свою невесту, - они хорошо с тобой обращались?
- Можно сказать и так. – Падая в объятия суженого, надула губки Аурелия, - только баранина у дракона была без гарнира, мясо получалось вечно пережаренное и соли к столу не подавали. А спать без одеяла и подушки, пусть и на куче золота, зато под боком у дракона, может и роскошно, но очень неудобно. К тому же я сильно соскучилась по тебе, сладким блюдам и салату.
- Ты всё время была в этой пещере? – Ужаснулся Маврикий.
- Нет, только первые дни. Потом меня перевели к гномам. У них условия проживания куда лучше, и потом, с мелкими шалунишками было гораздо веселее, чем с глупой рептилией. - Принцесса мечтательно закатила глаза и быстро облизала свои прелестные губки розовым язычком. К счастью, Маврикий в тот миг отвлёкся и не заметил, как томно затуманились её глаза.
- Сейчас, когда я свободна, ты убьёшь этого злобного дракона? – Изобразив скорбь на лице, спросила принцесса.
- Понимаешь, дорогая, - поцеловал невесту принц, - всё-таки это редкая рептилия, может быть, даже занесённая в Красную Книгу. К тому же, он ведь похитил тебя не по злому умыслу, а в силу недоразумения. Мы с ним решили вопрос полюбовно, и не стоит отступать от заключённого договора, нагнетать напряжённость и устраивать конфронтацию.
- Ах ты… - Начала было принцесса, но она была умной девушкой и сумела на ходу сообразить, что к чему. Быстро прикинув размеры дракона, и сопоставив их с размерами принца, Аурелия справедливо решила, что в бою с ним у её любимого не было бы ни малейшего шанса. Ещё она подумала о том, что гномы, конечно, очень милые существа, но, при всей их неистощимой фантазии и неуёмной мужской силе, в мужья принцессе они не годятся. А принцы на дороге не валяются. Да и дракон, в конце концов, хотел украсть всего лишь овцу. Просто немного промахнулся. Так что, согласившись на выкуп, её жених был скорее прав, чем наоборот. Резко снизив обороты, она ласково прошептала: - …мой мудрый Маврикий! Ни о чём не жалей, ты всё правильно сделал. К тому же, моё приданое с лихвой покроет все твои расходы.
- Да, дорогая, именно на это я и рассчитываю. – Принц протянул ей кусок пергамента с росписью расходов и предполагаемых доходов.
После этого они вместе с разгрузившимся обозом отправились домой, потом поженились и жили долго и счастливо, что, согласитесь, редкость в королевских семьях. Да и не только в королевских. Ну а то, что Аурелии иногда бывало скучно с разумным и осторожным Маврикием, это уже её проблема. Собственно говоря, сказка-то не о принцессе Аурелии, а о драконе.
***
Что же касается последнего, то Алькатрас, получив выкуп, присовокупил его к своим сокровищам и, развалившись на несколько увеличившейся куче золота, решил, что так стало гораздо удобнее. Впрочем, хвост на золоте не умещался, и его приходилось подгибать или вытягивать на голом каменном полу. Дракону это очень не нравилось, и он решил раздобыть ещё золота. Вопрос как добыть презренный металл больше перед ним не стоял. Выкуп! Вот что способно сделать состояние порядочному дракону. И не надо больше прожигать дырки в скалах и работать вместо горна в кузницах гномов за их смешные подачки в виде пригоршни золота или драгоценных камней!
Алькатрас почесал лапой за ухом, потянулся и выполз из пещеры. Расправив крылья, он полетел на охоту.
За неделю дракон похитил пять христианских и две мусульманских принцессы.
В принципе, он мог бы похищать и простолюдинок. Однако попробуй, пойми, у кого из них богатые родители? Так похитишь бедную девушку, а за ней не только что выкупа не дадут, но и освобождать никто не приедет. Даже рыцарским конём не пообедаешь. Разве что саму бедолагу съесть? Можно, конечно, только не стоит. Человеческое мясо на драконий вкус не слишком приятно. То ли дело жирные бараны! Нет, определённо надо похищать только принцесс! У них родители точно богаты.
Так, мечтая о золоте, дракон каждый день совершал челночные рейсы по соседним королевствам и халифатам.
Справедливости ради стоит сказать, что проблемы с похищенными принцессами начались у Алькатраса в первый же день. Как только он утащил принцессу Эсперансу. Похитить её было несложно. Принцесса одна, без обычных своих фрейлин, отправилась туда, куда даже её папа-король пешком ходил. Алькатрас, до поры прятавшийся за деревьями королевского сада, сцапал её на выходе и уволок в свою пещеру.
Едва он сбросил Эсперансу на кучу золота и свирепо зарычал, рассчитывая нагнать страха на пленницу, она резво вскочила на ноги и, уперев руки в боки, пошла в наступление:
- Куда ты меня приволок, крокодил крылатый? Съесть собрался? Так пусть моя голубая кровь встанет у тебя поперёк горла! Ты хоть знаешь, кто мой отец и сколько у него рыцарей?
- Сударыня… - начал было дракон.
- К принцессе обращаться «Ваше высочество»! – Взвизгнула Эсперанса и пребольно ткнула Алькатраса в локоть передней ноги (звучи дико, но такова уж анатомия драконов) носком своей острой туфлей.
- Хорошо, хорошо! – Подвывая от боли, отступил назад Алькатрас, - Ваше высочество.
- Я слушаю тебя, богомерзкое чудовище! – Приняв гордую позу, надменно сказала принцесса.
Посмотрев на неё, дракон всерьёз задумался, кто из них кого взял в плен. Всё-таки странные существа люди. А их женщины ещё страннее. С гномами всё значительно проще…
- Почему ты молчишь, когда с тобой разговаривает царственная особа? – Визг принцессы оборвал раздумья дракона.
- Чего изволите? – Против собственной воли он по лакейски подобострастно изогнул шею.
- Изволю, чтобы ты немедленно отнёс меня домой! – Приказала принцесса.
- Никак невозможно. – Предусмотрительно отступив назад, со всей возможной твёрдостью сказал дракон и выпустил из ноздрей немного дыма.
- Почему? – Брови принцессы сошлись на переносице и напоминали летящую ворону.
- Я похитил Вас для получения выкупа. Как только, в общем, так Вы сразу и свободны.
- Ха! – Рассмеялась принцесса Эсперанса. – Глупая рептилия! Дай мне, на чём и чем писать, и я сообщу своему отцу о твоём низком поступке. Иначе как он узнает, что с него требуют выкуп? И потом, неужели ты думаешь, что золото доставят тебе по воздуху? Это займёт несколько дней.
- И что? – Не понял её мысль дракон.
- А то, что я должна принять ванну, выпить чашечку кофе. Учти, я привыкла спать на мягкой постели, красиво одеваться, хорошо есть. За мной должны ухаживать! Где всё это? – Она обвела рукой каменные стены, пол и своды пещеры, вся мебель которой состояла из кучи золота в центре, если, конечно, таковая могла сойти за мебель. – Где канделябры, где свечи, в конце концов?
Дракон через плечо посмотрел на зев пещеры, через который внутрь проникал слабый закатный свет.
- Может как-нибудь так? Спартанская обстановка, для разнообразия. – Несмело предложил он.
- Чтобы я похудела, подурнела и стала выглядеть как простолюдинка? – Удивилась принцесса. - Нет уж, хочешь получить выкуп за меня, будь добр обеспечить королевские условия заточения. Иначе будут тебе от мёртвого осла уши, а не золото!
- Может мне тебя убить? – Предложил дракон, когда до него дошли требования Эсперанчы. – Это я мигом.
- Только попробуй. – Гордо вскинула голову принцесса. – Ты увидишь, как умирают венценосные особы, не получишь выкуп и тебе жестоко отомстят за мою гибель.
- Кто отомстит? – Заинтересовался Алькатрас.
- Когда узнаешь, поздно будет. – Загадочно пояснила принцесса.
Алькатрас решил, что в её словах много правды и кивнул:
- Ладно, будут тебе королевские условия.
Он сейчас же подошёл к гномьей слуховой норе и прокричал туда:
- Эй, гномы, вы слышите меня?
- Слышим, Каа! – Раздалось из-под горы.
- Сколько раз вам говорить, меня зовут Алькатрас! – Прорычал дракон и возмущённо выпустил из ноздрей облака дыма. Сзади захихикала принцесса.
- Чего надо? – Не слишком вежливо спросили из-под земли.
- Шоколада, блин… Мебель надо мягкую, бельё, шмотки женские, еду хорошую. – Проворчал дракон и пояснил: - У меня принцесса в гостях.
- Опять? – Удивились гномы.
- Да. – Развёл лапами дракон.
- Восемь песо.
- Ловите, вымогатели. – Алькатрас сбросил в дыру требуемое количество золота. Первый раз в жизни он не торговался с гномами!
- Можешь идти. – Разрешили гномы, поймав монеты. – Мы позаботимся о юной сеньоре. Только попрочнее завали выход из пещеры.
- Вы¸ Ваше высочество, с ними столкуетесь. – Кивнув на гномью нору, сказал Алькатрас Эсперансе и поспешно выбежал из пещеры.
Дракон торопился. Он понимал, что новости среди людей распространяются быстро и спешил наловить нужное количество принцесс до того, как будут приняты соответствующие меры.
***
Принцессу Инезилью он похитил прямо из опочивальни, разбив большое окно дворца. Подхватив кровать и путаясь в балдахине, он полетел прочь под истошные крики камеристок и дежурных фрейлин. Кровать пришлось бросить над Барселоной, уж больно она была тяжёлая. Барселонцы восприняли такой подарок без особого восторга и долго проклинали летучего гада, выковыривая доски и стойки балдахина из побитой черепицы городской ратуши.
Надо ли говорить, что Эсперанса, уже успевшая с помощью гномов обжиться в пещере, приняла Инезилью как родную сестру. Мельком глянув на их девичьи объятья, Алькатрас сплюнул струёй огня и снова вылетел на охоту.
На рассвете он подкрепился бараном на пастбище и к вечеру приволок в пещеру принцессу Марию. За ней последовали принцессы Анна, Доротея, Стефания, Джамиля и Зейнаб.
Принцессу Аделаиду Алькатрас похитить уже не смог, поскольку все стены замка, в котором она проживала, были плотно усеяны готовыми к стрельбе арбалетчиками. Во дворе солдаты взводили камнемётные машины.
Система ПВО была непреодолимой и дракон, сделав круг над замком, полетел восвояси. Он решил, что семи принцесс для начала будет вполне достаточно. И число хорошее, и, примерно по шестьдесят фунтов золота за каждую, это будет… это будет… короче, его хвост тоже будет лежать на золоте, а не на холодном каменном полу.
Исполненный самых радужных надежд, дракон подлетел к своему логову и отвалил от входа камень, который не смогли бы сдвинуть с места даже два десятка самых сильных рыцарей. Заглянув внутрь, Алькатрас оторопел.
Пещера изменилась до неузнаваемости. Золотая лежанка дракона как негодный мусор была свалена в дальнем углу. Посередине помещения стоял огромный обеденный стол, накрытый парчовой скатертью и заставленный самыми изысканными яствами, восточными сладостями и дорогими винами. По стенам в серебряных канделябрах горело множество свечей, освещая гастрономическое изобилие. Они же бросали свет на установленные в свежевырубленных альковах огромные кровати с балдахинами. На гнусном подобии эстрады, установленном возле гномьей норы, несколько молодых гномов с совсем короткими бородами наяривали весёлую мелодию на лютнях, скрипках и духовых инструментах.
Все семь принцесс сидели за столом на мягких парижских стульях и воздавали должное напиткам и закускам. Принцесса Зейнаб (вообще-то, она была не принцессой, а восьмой женой халифа Акбара, но Алькатрас в таких тонкостях не разбирался) как раз произносила цветистый восточный тост. Судя по внешнему виду девушек, это был далеко не первый тост.
Первой вернувшегося Алькатраса заметила Джамиля:
- Девчонки, наш господин прибыл! – Взвизгнула она и побежала к дракону, путаясь в своих полупрозрачных шальварах. С радостными воплями её подруги кинулись следом. Вскоре семь прекрасных дев повисли на драконе и наперебой пытались поцеловать его в морду, а кто-то из них уже карабкался ему на спину в надежде прокатиться по воздуху в образе всадницы, а не авиабомбы на внешней подвеске.
Алькатрас, стараясь не повредить их хрупкие человеческие тела, стряхнул с себя нападавших и выскочил на улицу. Он тяжело дышал.
- Фи, противный! – Донеслось до его слуха из пещеры. – Может он и не мужчина вовсе? Девочки, давайте опять позовём тех забавных гномов, с ними веселее.
Алькатрас поспешно завалил камнем вход в пещеру и задумался, для чего он это делает: чтобы пленницы не сбежали, или чтобы они снова не добрались до него? Подумать, действительно, было над чем. Новое убранство пещеры, еда и напитки стоили денег. И они у принцесс были. Они тратили его деньги! Алькатрас раздулся от злости. Первым его желанием было откатить камень и длинной струёй пламени сжечь пленных девчонок как мух. Он встал на дыбы, набрал полные лёгкие воздуха… и вспомнил о выкупе. О возможной мести. И о гномах.
Камень остался на месте. Вместо струи пламени из пасти дракона вылетел небольшой клуб дыма.
Успокоившись, Алькатрас нашёл наружное коммуникационное отверстие и крикнул в него:
- Эй, гномы, кто у вас там сейчас за главного?
- Тугодум Валигор. – Раздалось из норы.
- Позови его. – Попросил дракон. – Поговорить надо.
- Сейчас. Жди. – Ответил невидимый собеседник.
Через некоторое время в скале открылась маленькая каменная дверца, и оттуда вышел солидный гном в золотой каске и с бородой, заплетённой в косичку и перекинутой через плечо. Судя по дорогому плащу из самого лучшего латекса и новеньким ортопедическим сапогам швейной фабрики «Скороход», это действительно был главный гном. Впрочем, выглядел он не слишком довольным.
- Чего это у тебя рожа кислая? – Спросил гнома дракон.
- На себя посмотри, да. – Пробурчал гном.
- Согласен. – Не стал нарываться на конфликт Алькатрас. – Похоже, влипли мы с этими принцессами.
- Не мы, а ты. – Поправил дракона гном.
- Ха, я-то понятно, - Усмехнулся Алькатрас, - но что-то я и у тебя веселья не вижу. С чего бы это? Вы ведь неплохо нажились на моём золоте. Наверняка чёртовы девки тратят его, не считая.
- Да. – Не стал скрывать гном, - мы хорошо заработали, исполняя их прихоти. Однако столько белоснежек разом – это тяжкий удар по дисциплине и моральным устоям моего народа. Вплоть до полного падения нравов и остановка работы в шахтах номер три, пять и восемь.
- А другие шахты чего, типа, работают? – Удивился дракон.
- Других нет. У нас всего три шахты: номера три, пять и восемь. – Вздохнул гном.
- Понимаю. – Кивнул Алькатрас, прислушиваясь к музыке, девичьим воплям, хохоту и тяжёлому сопению гномов, долетавших до его ушей даже через толщу камня, закрывающего вход в пещеру. – Надо потерпеть. Скоро я, наверно, получу за них выкуп.
- Да. – Вздохнул главный гном и закурил свою вонючую трубку, - Выкуп – это здорово! Ты мне адреса этих, - гном смачно сплюнул, - принцесс скажи. Я по ним своей почтой требования о выкупе вышлю. Потороплю, так сказать, королей. Мне тоже интересно побыстрее избавиться от их доченек.
- Запоминай. – Сказал дракон и продиктовал Тугодуму названия королевств и халифатов, которые он обездолил.
- О'кей. – Кивнул гном, - я пошлю своих самых быстрых скороходов. Если, конечно, они ещё не потратили все свои силы, ублажая проклятых великанш. Хотя, ты знаешь, есть в них что-то такое… - Гном мечтательно закатил глаза и выбил трубку о камень. Потом он шагнул к скале. Стукнула, закрываясь, каменная дверь.
Дракон, свернувшись калачиком на камнях под открытым небом, долго смотрел на полную луну и, наконец, забылся тяжёлым сном. Ему снились арбалетчики на стенах замка, обглоданные бараньи кости и тянущиеся к нему девичьи рты с острыми человеческими зубами.
***
Венценосные особы, получив через гонцов-гномов требования о выкупе, сначала опечалились, потом разозлились. Намечалась очередная война за Гренаду, и деньги на неё были нужны как христианам, так и мусульманам. Однако престиж государств и интересы продолжения династий настоятельно требовали возвращения принцесс.
Конечно, можно было бы затеять войну с драконом, но не повредит ли такой шаг пленницам? И потом, сколько рыцарей погибнет напрасно! А ведь их можно с куда большей пользой убить в сражениях с неверными.
В общем, поахав, поохав и вдоволь повозмущавшись, короли и халифы решили заплатить выкуп. Если подумать, сумма была не такой уж и большой, всего-то фунт золота за два фунта живого веса принцессы без платья и украшений.
Проклиная принца Маврикия, установившего такую грабительскую таксу, короли и халифы вскрыли свои сокровищницы. Казначеи отсчитали требуемое количество золота и к Пиренеям потянулись обозы под усиленным конвоем вооружённых до зубов воинов.
Алькатрас, заметив первый обоз, от радости отвалил камень от входа, ворвался в пещеру и залпом выпил три бутылки вина под восхищённые крики и аплодисменты вконец распоясавшихся принцесс и прислуживающих им гномов.
Очень быстро непривычному к спиртному дракону стало хорошо. Очень хорошо ему стало. Алькатрас мутным взором осмотрел своё жилище, пустил скупую слезу при виде изрядно отощавшей кучи золота и пополз к выходу.
- Никак выкуп везут, раз наш гад так странно себя ведёт. – Сказала принцесса Эсперанса.
- Скоро мы будем дома! – Захлопала в ладоши принцесса Доротея.
- Дура, чему радуешься?! – Осадила её принцесса Мария. – Опять будет эта дворцовая скука, этикет, фрейлины. Потом замуж выдадут, за чужеземного принца, чтобы ему наследников плодить. Тьфу!
- Да, здесь было классно. – Поддержала её принцесса Джамиля. – Вино, развлечения. А дома опять гарем, евнухи, сплетни и интриги. И жди полгода, пока у мужа до тебя очередь дойдёт.
- Точно. – Сказала принцесса Анна. – Я, конечно, не знаю, кто такие гарем и евнухи, но звучит это нехорошо. Эй, Торин, Гримли, Эйхолот, идите сюда. Порадуйте меня на прощанье!
Неспешно развязывая шнурки корсета, принцесса Анна нырнула под балдахин своей кровати. Трое поименованных гномов шмыгнули следом за ней.
- Девчонки, а мы чего стоим? – Спросила принцесса Эсперанса. – Кто как, а я тоже как следует развлекусь напоследок.
- И мы, и мы тоже! – Завизжали принцессы и, хватая первых попавшихся гномов и бутылки вина, разбежались по своим альковам.
- Бляди! – Пьяно пробурчал Алькатрас, с отвращением наблюдавший эту сцену. После чего, шатаясь, под скрип кроватей покинул пещеру. Лапы его подкосились и он вытянулся на камнях у входа.
- Идея с похищением принцесс была не самой лучшей твоей идеей. – Сказал ему Тугоум, присаживаясь рядом и протягивая дракону бутылку вина.
- Твоя правда. – Не стал спорить с ним Алькатрас и, приняв бутылку, сделал из неё хороший глоток.
Гном с видом завзятого философа раскурил свою вонючую трубку.
Дракон поморщился:
- Чем ты её набиваешь?
- Листьями осины и сушёной лебедой. – Сказал гном.
- А… - Сказал дракон и стал смотреть на небо. Потом он задремал.
Когда первый обоз с золотом прибыл к логову дракона, Алькатрас мирно спал, свернувшись клубком вокруг торчащей как пика скалы.
- Тс! – Шёпотом сказал сопровождающим золото рыцарям главный гном, - не разбудите его. Вы за кем приехали?
- За её высочеством Марией. – Так же шёпотом ответил ему капитан королевской стражи.
- Пятьдесят восемь фунтов золота или монетой по курсу. – Заявил гном.
- Позвольте, но ведь принцесса весит всего сто фунтов! – Чуть повысив голос, возмутился капитан.
- В гостях у моего подопечного девочка немного поправилась. Хорошее питание, знаете ли. – Пожал плечами гном и прошипел в зев пещеры:
- Её высочество Мария, с вещами на выход.
Появилась Мария.
- Гм, она действительно поправилась. – Проворчал капитан. – Хорошо, что мы взяли золота с запасом. Извольте получить.
- Изволю. – Важно сказал гном.
Золото сгрузили с телеги, и его место заняла принцесса Мария. Обоз тронулся в обратный путь. Когда последний всадник скрылся за поворотом, Тугодум растолкал Алькатраса.
- А, что, враги?! – Зарычал дракон. С похмелья у него болела голова.
Гном, опасаясь возможного выброса пламени, спрятался за большой камень и крикнул оттуда:
- Первая партия золота прибыла.
- О! – Дракон посмотрел на туго набитые кожаные мешочки, - это радует.
***
Потом обозы стали прибывать один за другим. Алькатрас едва успевал принимать золото в слитках, монетах и ювелирных изделиях, а гном сновал туда-сюда, выводя из пещеры принцесс и передавая их с рук на руки сопровождающим выкуп лицам.
Последней отбыла восвояси принцесса Эсперанса. Гномы долго махали ей вслед платочками. Они знали, что таких страстных белоснежек у них в гостях больше не будет много-много лет.
Алькатрас как всегда был не в настроении и велел гномам убираться прочь. Когда они исчезли в своих норах, он лично перетаскал всё золото в пещеру. А потом сжёг дотла стол и кровати в альковах. В логове сразу стало просторно и приятно запахло сажей и древесным дымом.
Дракон лапами разровнял золото на полу и, сложив крылья, вытянулся на нём во весь свой немалый рост. Увы, прибыль от успешно проведённой операции оказалась не слишком большой – кончик хвоста всё равно оказался на каменном полу.
- Не расстраивайся ты так. – Утешил Алькатраса заглянувший в пещеру главный гном, - тут надо-то всего полсотни фунтов золота. Украдёшь ещё принцессу, получишь за неё выкуп и всё. Лежанка будет готова в полном объёме.
- Нет уж. – Прорычал дракон. – Слишком хлопотно. Я больше не устрою принцессам такого развлечения за свой счёт. Лучше уж вам прожгу пару новых тоннелей. С людьми, точнее, с их женщинами, связываться себе дороже.
- Как знаешь, - улыбнулся Тугодум, - наши расценки прежние: пригоршня золота за милю тоннеля.
- Согласен. – Проворчал Алькатрас. – Только коксующийся уголь бесплатно! И это, знаешь что, подыскал бы ты мне новую пещеру, а то сюда люди уже шоссе какое-то проложили. Чего доброго скоро туристов станут водить.
Эпилог.
За всю свою долгую жизнь дракон Алькатрас не похитил больше ни одной принцессы. Вскоре он действительно перебрался в другую пещеру и до конца своих дней старался держаться от людей подальше.
Война Арабского Халифата и Испанских Королевств за Гренаду разразилась в положенный срок и унесла множество человеческих жизней с обоих враждующих сторон.
Родители освобождённых из лап дракона принцесс, чувствуя неладное, поспешили выдать дочек замуж. Большинство браков были удачными, однако дети и внуки принцесс отличались невысоким ростом и невиданным долголетием. Но потом человеческая природа взяла свое, и правнуки были уже вполне обычными людьми, хотя и носили короны.
Притча о Драконе и воине
...далеко-далеко за горами есть море. Глубоко-глубоко на дне моря лежит старый Дракон. Никто не знает, как давно он там лежит, никому не известно — сколько ему лет.
Но со временем не тускнеют его глаза и не мутнеет разум, не ослабевает хватка когтей и не становится тоньше броня. Он лежит, свернувшись вокруг самой большой и красивой жемчужины, охраняя ее от алчных взглядов.
И каждую весну находится какой-нибудь молодой и храбрый воин, который приходит к берегу моря, чтобы сразиться с Драконом и принести жемчужину в Мир. Но, как громко не вызывает он дракона на поединок, как не размахивает своим мечем и не гремит доспехами — невозмутима остается поверхность моря. И уходит воин, ничего не добившись и рассказывая всем о своей храбрости и трусости Дракона.
…далеко-далеко за горами есть море. А на берегу моря стоит одинокая скала. А на той скале уступ. И уже многие годы сидит на том уступе старый воин. Давно истлели его кожаные доспехи, меч врос в камень, а боевой топор изъела ржавчина. Он ждет...
И только раз в год на заходе солнца вскипает вода на поверхности моря, и с его дна поднимается Дракон, чтобы показать жемчужину Миру и полюбоваться ее красотой в лучах заходящего солнца. И тогда старый воин улыбается…
Оффтоп
...далеко-далеко за горами есть море. Глубоко-глубоко на дне моря лежит старый Дракон. Никто не знает, как давно он там лежит, никому не известно — сколько ему лет.
Но со временем не тускнеют его глаза и не мутнеет разум, не ослабевает хватка когтей и не становится тоньше броня. Он лежит, свернувшись вокруг самой большой и красивой жемчужины, охраняя ее от алчных взглядов.
И каждую весну находится какой-нибудь молодой и храбрый воин, который приходит к берегу моря, чтобы сразиться с Драконом и принести жемчужину в Мир. Но, как громко не вызывает он дракона на поединок, как не размахивает своим мечем и не гремит доспехами — невозмутима остается поверхность моря. И уходит воин, ничего не добившись и рассказывая всем о своей храбрости и трусости Дракона.
…далеко-далеко за горами есть море. А на берегу моря стоит одинокая скала. А на той скале уступ. И уже многие годы сидит на том уступе старый воин. Давно истлели его кожаные доспехи, меч врос в камень, а боевой топор изъела ржавчина. Он ждет...
И только раз в год на заходе солнца вскипает вода на поверхности моря, и с его дна поднимается Дракон, чтобы показать жемчужину Миру и полюбоваться ее красотой в лучах заходящего солнца. И тогда старый воин улыбается…
Оффтоп
Я тебе щазз убью :
:- Статус