Я родился на задворках затворником,
Где-то среди зимы и осени.
Ничего в жизни не делал особенно,
Думал только о себе излюбленном.
Не пел, не писал стихи,
Составлял новостей хроники.
Изо рта дым, на пол пепел,
Дни мои. Дорогие, любимые,
Сверху донизу дождями залиты.
Я и вас начинал не первые,
С самого начала, заново.
Понимал то, что создано,
Видел то, что растрачено.
Брел, плутая под звездами.
Был и там, где честно не стоило.
И тебя не держал я за руку,
Пил до дна, мерзко отхаркиваясь,
Громко, бранно, беспочвенно.
А потом, что!? Жизнь - плохая, хорошая.
Отчего-то больно все, не намаешься.
Знаний достаточно! Применять не получается.
В ночи, закуришь, задумаешься...
И как в последний раз – улыбаться.
Танцевать, смеяться и громко как!
Шагая смело, осознанно.
Собранным и бесформенным.
Я родился на задворках осени,
Ветерком тихим и ласковым.
Я в любви, я в радости.
Добавлено через 1 минуту
Пускай пылится моя единственная дуэльная стихотворная писанина.
Где-то среди зимы и осени.
Ничего в жизни не делал особенно,
Думал только о себе излюбленном.
Не пел, не писал стихи,
Составлял новостей хроники.
Изо рта дым, на пол пепел,
Дни мои. Дорогие, любимые,
Сверху донизу дождями залиты.
Я и вас начинал не первые,
С самого начала, заново.
Понимал то, что создано,
Видел то, что растрачено.
Брел, плутая под звездами.
Был и там, где честно не стоило.
И тебя не держал я за руку,
Пил до дна, мерзко отхаркиваясь,
Громко, бранно, беспочвенно.
А потом, что!? Жизнь - плохая, хорошая.
Отчего-то больно все, не намаешься.
Знаний достаточно! Применять не получается.
В ночи, закуришь, задумаешься...
И как в последний раз – улыбаться.
Танцевать, смеяться и громко как!
Шагая смело, осознанно.
Собранным и бесформенным.
Я родился на задворках осени,
Ветерком тихим и ласковым.
Я в любви, я в радости.
Добавлено через 1 минуту
Пускай пылится моя единственная дуэльная стихотворная писанина.